Ты берёшь моё лицо в свои руки, и радостно смотришь в мои глаза. По твоей щеке скатывается слезинка, потом вторая. Боже, милый, ты плачешь?
Я утыкаюсь в твою грудь, и тоже начинаю плакать. Не потому, что мне страшно, и не потому, что мне одиноко, я плачу – потому, что счастлива. Впрочем, ненаглядный мой, скажи, разве у тебя другая причина?
За окном по-прежнему льёт дождь, но теперь он уже не кажется таким унылым. Он тихонько стучится в окно, будто нашёптывая колыбельную крошечному, ещё не родившемуся существу, спящему в утробе матери.
Конец