— Кто обещал?
Она вновь смолкает, а я отлипаю от двери и грозовой тучей надвигаюсь на неё. Тяжёлые шаги, отдающие эхом по кабинету, заставляют девушку резко повернуться. В её глазах мелькает страх, лицо вытягивается и бледнеет. Она выставляет руки и зажмуривается, отворачивая лицо, а после пискляво выдавливает из себя:
— Ольга. Ольга Царёва.
Резко останавливаюсь.
Первые секунды пребываю в недоумении, пытаясь уложить в голове то, что сейчас услышал, а после, пелена ярости затмевает остатки разума. Сердце стучит быстро и чётко, в глазах темнеет. Меня трясёт. Сжимаю пальцы в кулаки, стараясь совладать с собой, но получается плохо. Хочется ударить по чему-нибудь, разнести кабинет в щепки. По телу снова проходит мощная волна злости и презрения. Я больше не в силах сдерживать себя. Во мне просыпается зверь. Голодный, дикий и беспощадный. Гнев клокочет в жилах растопленным металлом. Он достиг такой остроты, что я, дабы не совершать необдуманного деяния, отступаю.
— Вы расскажите Анне? — шепчет она, даже не смотря на меня.
— Предоставлю тебе такую возможность, — говорю севшим, но твёрдым голосом.
— Нет. Не буду…
— Будешь! — гаркаю.
Девушка вздрагивает, а я прикрываю глаза и дожидаюсь, когда пелена ярости немного рассеется, а после размыкаю их и спокойно продолжаю:
— Ты сама расскажешь обо всём Анне. Может, она смилостивится.
— Царёва от меня живого места не оставит.
— Не преувеличивай. Аня не монстр.
Вынимаю сотовый из заднего кармана и набираю Сергея. Он быстро отвечает и сразу выпаливает:
— Узнал что-то?
— Да, — кидаю злой взгляд на Оксану, чтобы она не смела рыпаться. — Оля организовала всё. Видимо, решила поквитаться с обидчицей. Да и впутала ещё одну идиотку, которая давно уже на Аню зуб точила.
— Оля? — переспрашивает он, в его голосе чувствуется неуверенность.
— Прости, записи нашего разговора с Оксаночкой у меня нет, — проговариваю и только после растягиваю губы в хищной улыбке. — Хотя она может повторить. Правда, ведь? — обращаюсь уже к девушке.
Оксана стреляет в меня глазами и дёргается в сторону двери. В этот раз я оказался проворнее. Хватаю её за руку и надавливаю на кисть, слегка выкручивая. Девушка морщится и стонет от резкой боли.
— Попробуешь провернуть финт, как в прошлый раз, сломаю руку. А после докажи, что это сделал я. Работники были настолько поглощены проблемой, что и не заметили моего присутствия.
Оксана вновь ойкает от боли.
Не люблю добиваться своей цели насильственным путём. Можно было всё решить иначе, но в данной ситуации выхода другого нет.
— Серж? — подношу сотовый к уху.
— Я тут, — он говорит как-то отстранённо.
Видимо, переваривает информацию.
— Рассказывай! — сильнее надавливаю на кисть девушки.
— Это правда, — хнычет та. — Ольга Царёва обратилась ко мне, после мы придумали план, как разобраться с Аней.
Отталкиваю от себя Оксану и брезгливо морщусь.
— Я бы на твоём месте сам разобрался с женой. Не знаю, как Аня отреагирует, но ничего хорошего явно не будет. Да и проверь, как идут дела в компании. Думаю, что на одной Анне твоя драгоценная не остановилась.
Сергей отключается, а я разворачиваюсь, чтобы уйти, но потом вспоминаю о важной детали. Вполуоборот кошусь на девушку и с улыбкой произношу:
— Предоставь мне список авторов!
Оксана судорожно кивает и начинает суетиться, подбегает к столу, долго роется в бумагах Анны, а после протягивает в дрожащей руке список.
Вскидываю бровь и поднимаю хмурый взгляд на неё.
— Это не всё!
— Больше нет. Я не помню всех авторов и литагентов. Это всё, что сейчас есть. Позже, могу прислать ещё, но с условием, что вы дадите мне время уехать.
Поджимаю губы.
Не правильно это, надо бы с ней разобраться иначе. Заявление накатать, к примеру. Но, думаю, что деваха себя уже наказала.
— Хорошо. Я бы на твоём месте поторопился.
Оставляю свои контактные данные Оксане и покидаю издательство. У неё времени предостаточно, чтобы прислать мне полный список. Несколько часов, пока буду разбираться с подарком, а дальше, если не успеет, то разговаривать будем иначе. Придётся подключать тяжёлую артиллерию. Сергея. А может, и полицию.