— Не задавай вопросов, если не хочешь отвечать на мои, — он смотрит на меня, пряча гнев в глазах.
Теряю дар речи. Никто больше, казалось, не был в состоянии говорить. Всё в комнате замирает. Быстро отвожу взгляд, но из-за этого становится только хуже. Я не знаю, как реагировать на заявление брата, но вдруг осознаю, Серж обо всём догадался. Меня переполняет ликование и ужас – большей частью ужас – оттого, что всё раскрылось.
Глубоко вздыхаю.
Аромат цветов врывается в нос, растекается по моим венам, сжигая грудь и уничтожая остатки разума, которые ещё остались.
— Вставай. Сегодня твой день рождения. Нечего его проводить в кровати, а об остальном поговорим потом, когда будешь готова, — Серж встаёт, наклоняется ко мне и нежно целует в лоб. — С днём рождения, хвостик.
Разворачивается и отходит к двери, вполуоборот добавляя:
— Я не одобряю твой выбор, но и вставать между вами не буду. Взрослые люди, разберётесь.
Было хотела сказать, что мы уже во всём разобрались, но Сергей выходит из комнаты.
Стиснув зубы, встаю. Пока иду в ванную, не отвожу сосредоточенного взгляда от подаренного букета. Будто боюсь, что он испарится. Что всё окажется сном. Я против воли не могу оторвать от ромашек глаз, а в голове возникают новые вопросы, на которые, увы, нет ответов. Принимаю душ и возвращаюсь в комнату, прохожу мимо кровати и вновь цепляюсь взглядом за букет и только сейчас обращаю внимания, что к одному из соцветий прикреплена маленькая записка. Подхожу и опускаюсь на колени, трясущимися пальцами выуживаю белоснежный листок и на секунду замираю, не отваживаясь прочитать, что написано на обратной стороне. Прикрываю глаза и отсчитываю до десяти, собираясь с силами и мыслями. Резко размыкаю глаза, шумно выдыхаю, переворачиваю записку и бегло пробегаюсь по тексту.
«С днём рождения, Анна. Я помню, что обещал больше не беспокоить, но позволь в твой день рождения нарушить обещание данное тебе, и преподнести маленький подарок! Эти цветы так же прекрасны, как и ты. Надеюсь, ты улыбаешься».
Минует всего одна сотая секунды с момента, как прочитала послание, а нахлынувший поток боли всё ещё проходит сквозь меня, увеличиваясь в размерах, сжимая сердце.
Вздрагиваю.
Вопросы монотонно отбивают чечётку в моей голове: это что-то значит? Он вновь решил поиграть? Как дать ему понять, что я больше не могу терпеть эту боль?
Мне резко становится тяжело дышать. Комната будто уменьшается в размерах. Воздух сжимается. Не в силах больше выносить нехватку кислорода, выбегаю на балкон. Тёплый ветерок ударяет мне в лицо, он нежно заигрывает с моими волосами. Запрокидываю лицо кверху и закрываю глаза. Меня заливают золотистые волны солнечного света. Повсюду розы, воздух густо насыщен сладким запахом.
Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем я выхожу из оцепенения, улавливая в воздухе знакомый голосок, доносящийся из моей комнаты. Опускаю голову, отвожу волосы от лица, которые разметались из-за порыва ветра, и иду в спальню. Переступив порог, замираю, не веря своим глазам.
— Ну? Чего застыла? — верещит Саша, а я не двигаюсь с места.
Её лицо дышит счастьем. Светлые волосы аккуратно заплетены во французскую косу, а вверху закреплён чудаковатый праздничный колпак, напоминающий лишний раз, что сегодняшний день для меня пройдёт неспокойно. Её лёгкая, растянутая футболка и изорванные шорты заставляют улыбнуться.
— Тебя будто свора собак таскала, — наконец-то делаю первый шаг и подхожу, обнимая подругу.
— Почти, — смеётся она в мои волосы. — Я боялась не успеть до твоего дня рождения.
Саша не отстраняется, она будто чувствует, что мне сейчас нужна её поддержка, а я сама, не понимая того, дрожу всем телом и реву.
— Ну, ты чего? — взволнованно спрашивает она, слегка отодвигаясь от меня. — Пойдём, присядем.
Рассказываю ей обо всём.
Об Антуане, о нашей связи, о том, что я до сих пор его люблю.
Саша слушает внимательно, с открытом от изумления ртом, иногда задаёт вопросы, а когда я завершаю рассказ, она подрывается и с задумчивым выражением лица мерит шагами комнату.