Подгазовывая, распугиваю негодующих. Чуть сдаю назад, разворачиваюсь и несусь прямо по встречной, лавируя между стоящими автомобилями. Проезжая мимо патруля, показываю им средний палец и набираю скорость. Поняв, что в гоночной машине сидит не Влад, наряд следует моему примеру, неожиданно разворачивается и несётся вперёд.
— Весело, однако, будет.
Их надо бортануть. Вот только как?!
Нашла развлечение себе на ночь глядя. Так ещё и с кем. Проснувшись, никак не ожидала, что сегодня произойдёт наша встреча с Броссаром, а уж какой вечер будет насыщенный и запоминающийся. Вздыхаю и съезжаю на втором съезде, заезжая в город. Здесь есть возможность укрыться между домами или потеряться на тёмных улицах. На примете одно местечко. Только надо чуть вырваться вперёд. Закусываю нижнюю губу и отсчитываю пролёты, чтобы не проехать мимо заветного укрытия. Автомобиль полицейских не видно на горизонте, но идиотов слышно за три квартала. А могли бы выключить сирену.
— Нам надо будет прогуляться пешком, — обращаюсь к Антуану, сворачивая за старым киоском, проезжаю несколько метров и останавливаюсь в закутке.
Здесь явно не станут искать. Автомобиль тормозит и слышу лязгание под колёсами. В данной части города недавно прошёл дождь. Почва влажная, на улице промозгло, аж в дрожь бросает и кожа гусиными мурашками покрывается.
Глава 10
Запах горячего кофе и сдобы появляется в воздухе. За поворотом, судя по всему, булочная. В животе заурчало и приятно потянуло. Надо бы перекусить.
Открываю дверь и быстро покидаю салон. Терпеливо ожидаю Антуана, и когда мужчина подходит ко мне, закрываю автомобиль и направляюсь к освещённому переулку. Радует, что сейчас на мне кеды, весьма прискорбно, что они белые. После нескольких липких луж определённо придётся выкинуть обувь.
Подходя к повороту, осторожно выглядываю из-за угла и удостоверившись, что никого нет, выхожу из тёмного переулка. Броссар молча идёт рядом, разговор не начинает, но и взгляд от меня не отводит.
Раздражает нереально.
Так хочется высказать ему всё, чтобы стало стыдно. Но держусь из последних сил. Ибо прорвёт, и всё. Не избежать конфликта.
— Аня, не хочешь поговорить? — отзывается Антуан, проходя мимо булочной, а мне резко есть перехотелось.
— Не о чём разговаривать.
— Я так не считаю, — ровняется со мной.
— Не хочу ни о чём говорить. Мне выяснять нечего. Время ушло. Всё решено. Представь, что ничего не было. Если хочешь поговорить о нашем приключении в Греции. Если всё же о нём, то можешь не волноваться, в мои планы не входит рассказ о наших увеселениях. Притворимся, что впервые увидели друг друга на благотворительном вечере родителей.
На улице заметно похолодало. Поёжившись, обхватываю себя руками.
— Вот, возьми, — Броссар снимает пиджак и накидывает его на мои плечи.
— Не нужно, — протестую, сбрасывая с себя верхнюю часть костюма.
Гордость или слабоумие?!
Броссар наклоняется и поднимает пиджак, встряхивает его и вновь накидывает мне на плечи, только в этот раз жёстко фиксируя тёплыми ладонями мои руки.
— Ещё раз сбросишь и говорить будем иначе, — угрожающе рычит он.
Недовольно хмыкаю.
Тоже мне.
— Хочешь играть и вешать всем лапшу на уши? — продолжает тот. — Притворяться вздумала? Для родителей и брата можешь играть, но что ты сама чувствуешь? Неужели, при виде меня у тебя ничего не ёкнуло? — смотрю на него изумлёнными глазами, всматриваюсь в мужественное лицо, покрытое жёсткой щетиной, и тону в безднах стальных, суровых глаз.
— Нет! — назад отступаю, но лишь для того, чтобы полноценно вздохнуть. — Ничего! — обхожу Антуана и ускоряю шаг.
Зачем он ворошит прошлое? Неужто, ему было мало в прошлый раз. Я не хочу проходить через этот ад.
Не лучшая была идея оставаться наедине с тем, кто когда-то разбил сердце.
— Ты врёшь, Анна! Своим родителям, моей матери, мне, а главное, себе! — кричит мне вслед. — Если бы ты ничего не чувствовала, то не стала бы хранить кулон.
Внутри что-то громко ухает и тяжёлой ношей падает к ногам.