Обращается ко мне жена, ранее вовлечённая в процесс примерки подходящего наряда.
— Ничего, — грубо бросаю я, надевая футболку, и спешу к двери. — Я буду ждать на улице.
Не могу больше находиться в замкнутом пространстве. Какой там, в этом особняке. Здесь всё пропитано Анной. От запаха до воспоминаний. Пока спускаюсь, обращаю внимание на детские снимки, закреплённые на стене.
Везде она. Такая маленькая, милая и счастливая.
— Сынок, где Кассандра? — ко мне приближается мама, когда оказываюсь во внутреннем дворике особняка.
— Спускается, — вдыхаю полной грудью.
Свежий воздух. Чудесно. И так спокойно.
Но умиротворение длится недолго, потому что на горизонте появляется моя бунтарка.
— Анечка, ты уже уезжаешь? — забывает на время обо мне мать.
— Да. Долг зовёт.
Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на неё ещё раз. Надо бы развернуться обратно, подняться на второй этаж, собрать вещи и уехать во Францию. Да хотя бы перестать так рьяно реагировать на чертовку.
— Ты же вернёшься? — Роза с надеждой в голосе тихо проговаривает, подходя к дочери.
Анна сама невозмутимость. На меня вовсе не смотрит, будто между нами ничего не происходило. Даже улыбается. Интересно, насколько тяжело демонстрировать спокойствие, когда внутри настоящая агония?
— Постараюсь, мама. Мне на работу ещё надо заскочить.
— Ты же сказала, что у тебя выходные, — обиженно надувает губы Роза.
— Форс-мажор. Без меня и дня не могут.
Она решила убежать? Уехать от меня, чтобы не встречаться?
Что ж, в нашей ситуации самое разумное решение.
Глава 25
Стараюсь замедлить до последнего сокрушительную волну из безмерной боли, но не выдерживаю. Просто-напросто позволяю себе забиться в очередных стенаниях. Проходит несколько минут, а я продолжаю сидеть и реветь, размазывая тушь по лицу вместе с соплями и слюнями. Сама ведь добивалась и хотела увидеть реакцию Антуана.
Жаждала правды — получай!
Надо бы собраться, но не могу по щелчку пальцев взять себя в руки. Прекрасно осознаю, что недопустимо погрузиться в мир старых воспоминаний.
Всё закончилось. И очень давно.
Ведь решила, начну новую жизнь. Пришло время всколыхнуться и избавиться от бремени минувших дней. Надоели постоянные отговорки. Только себя извожу.
Поднимаюсь с пола и направляюсь в ванную комнату. Умываюсь и, не переодеваясь, спускаюсь в холл.
Как же хочется, ускользнуть незамеченной, но мимо матери так просто не убедишь. Сталкиваюсь с родительницей в саду, где уже собрались все желающие покататься на белогривых лошадях, включая Антуана. Слышу ряд недовольных высказываний в свой адрес и, стараюсь, импульсивно не реагировать. Коротко осведомляю, что не ведаю о дальнейшем маршруте. Но знаю точно, возвращаться в особняк сегодня не собираюсь. По крайней мере, до тех пор, пока французы не уедут к себе на родину. А присутствие Антуана придаёт сил и уверенности в своём решении. Пусть развлекаются и отдыхают, но без моего участия.
Надеваю солнцезащитные очки и, отсалютовав на прощание, сажусь в машину. Завожу двигатель и расслабленно откидываюсь на сиденье, когда звучит моя любимая музыка. Прибавляю громкость и радуюсь, что кошмар скоро закончится. Моим страданиям конец. Трогаюсь с места и несусь в направлении любимой квартиры. Вещи собирать больше не нужно, но отдохнуть крайне необходимо. Проведу сегодняшний вечер наедине с собой. Наберу полную ванну горячей воды и добавлю пены. Отдохну. Красное вино, свечи и музыка. Что может быть лучше? Определено, ничего. Идеальное времяпрепровождение, заодно приведу мысли в порядок.
Но, видимо, не судьба.
Все планы рушатся в мгновение, когда один идиот решает, что затопить мою квартиру будет неплохим развлечением. Додумался, так сказать, разнообразить досуг.
Сука, я только доделала ремонт.
А мой роскошный диван напрочь испорчен.
Слов адекватных не осталось.
И как здесь жить? Ей-богу, ведь не лягушка в болоте.
Разгневанная, хватаю биту и поднимаюсь к соседу. Совершенно пофиг, что последует дальше. Подправлю физиономию идиоту и разъясню, как правильно пользоваться водой. По-хорошему ведь не понимает. Сколько раз предупреждала.