— Потеряла! — рявкая, вырываю телефон из его рук и спешно отвечаю. — Я уже еду. Вы без меня жить не можете?
— Анна Фёдоровна, тут… — смолкает на полуслове Оксаночка.
— Что тут? — напрягаюсь.
Шестое чувство подсказывает, что меня ждёт нечто неожиданное и весьма неприятное. Сегодняшний день не сулит ничего хорошего. Девушка помялась некоторое время, и отвечает, так тихо, что мне приходится прислушиваться.
— Мы случайно удалили файл с романом Камиля.
— Что-о-о-о? — громко вскрикиваю. Настолько ошарашена заявлением. У меня в голове не укладывается, как можно так глупо накосячить. Когда успели? За час?
— Ты уверена? Восстановить пытались? Где айти-отдел? Для чего Виктор?
— Да. Все перепробовали. Думали, что со всем сами разберёмся, но звонил заказчик и интересовался, отправили ли его рукопись в типографию, — она практически хнычет в трубку.
Но меня в данный момент мало волнует её душевное состояние. В типографию файл должны были отправить ещё утром и учитывая, что время уже без пяти минут одиннадцать, то звонки заказчика вполне ожидаемы. Он хочет знать ход работ и услышать точные сроки выхода тиража. На том конце провода раздаются всхлипы. Оксана плачет? Ещё этого не хватало. Слезами делу не поможешь. Я злюсь. Сатанею.
— Прекратила разводить сырость! Собрала всех работников и ищите копии. Делайте что хотите, но, чтобы я приехала и файл был найден! Восстановите! Сами напишите! Времени у вас до двенадцати и если проблема не разрешится, то уволю всех к чёртовой бабушке! А ты навсегда забудешь о своей мечте — стать главным редактором! Понятно выражаюсь?
— Да, — голос девушки звенит отчаянием.
Сбрасываю звонок и, закрываю глаза, стараясь успокоиться. Господи, понабрала бездарей. Стоит всё же пересмотреть своё отношение к сотрудникам, а то совсем как маленькие дети, ни с чем справиться не могут. От меня ждут решений или тумаков. Вот пусть посуетятся теперь. Накосячили — исправляйте! Не могу же постоянно разгребать сама все проблемы, зачем тогда набирала полный штат. Разворачиваюсь и понимаю, что на мне сосредоточены все взгляды. Отец, обомлев, вскинул бровь, мама и французы молчаливо выжидают, что будет дальше, а Сергей начинает язвить. Он-то совсем не удивляет. Ничего нового. Знаю братца как облупленного.
— Это твоя лояльность? Так входишь в положение каждого сотрудника?
— Отвали, — огрызаюсь, проскальзывая мимо брата.
Беру ноутбук и, умащиваясь на стул, включаю его. Молча проверяю папку, в которой сохранила данный файл, на всякий случай. В некоторых ситуациях лучше быть предусмотрительной. Но, вот если бы ноут не ожил после потопа, было бы плохо. Не только сотрудникам, но и мне. Хмурюсь, тщательно проверяя документ и, расслабленно откидываюсь на спинку стула, когда отправляю файл в типографию. Сергей всё это время стоял позади меня, сосредоточенно следя за моими действиями, а когда завершила, опять начал язвить.
— Ты же дала поручение сотрудникам найти копию. А вновь всё сама сделала.
Оборачиваюсь к нему и спокойно спрашиваю:
— Ты сделал бы иначе?
— Именно. Потом виновные понесли бы наказание.
Конечно. Могла не спрашивать.
— Если можно решить проблему самой, то зачем усложнять жизнь? Наказать легко. Уволить. Лишить премии. Понизить в должности. Но в итоге разбираться тебе.
— Это ты так рассуждаешь сейчас. Если взять, к примеру, нашу компанию, то за всем просто не уследишь. Не сможешь, как бы ни пыталась.
Отчасти он прав.
— Ну так я не о семейном бизнесе говорю, а о своём «увлечении», — специально выделяю слово, зная наперёд реакцию отца. Он оценит.
— Вот если бы ты, Аня, помогала Сергею, то проблем было бы куда меньше. Не хочешь быть генеральным директором, то можешь стать его замом. Или вдвоём поровну управлять компанией, — внёс свою лепту папочка.
— И разгребать кучу дерьма, после Сергея? — скептически веду бровью. — Извини, братишка, но это правда. Ты уже который день не появляешься в офисе?