Москалев внимательно осмотрел канат и пришел к выводу, что он не заминирован. Старший лейтенант приподнял его на полметра и раскрутил две веревки, прежде плотно сплетенные одна с другой. Между ними оказалась еще одна веревка толщиной с большой палец, через полметра другая.
«Значит, это веревочная лестница. Вот так пироги печеные!» – подумал он.
Тут Кофур легонько стукнул офицера по ноге. Федор оглянулся и замер, ожидая, когда глаза привыкнут к сумраку, царящему в пещере. Он кивнул, поинтересовался, что там такое, и только сейчас разглядел, на что указывал рукой Ниязов. Это был деревянный щит квадратной формы, плотно вставленный в стену.
Кофур показал, что он сейчас потащит его на себя. Но Федор запретил ему это делать, придвинулся ближе к ящику и начал внимательно осматривать его.
Он увидел, что по бокам щита были закреплены две рейки с проемами для пальцев. Старший лейтенант потащил на себя этот самый щит. Тот легко поддался его усилиям. Москалев аж присвистнул от удивления, увидев приклад пулемета.
Федор забыл об осторожности и потянул его на себя. Оружие поддалось не сразу. Причиной этому был не только его вес, но и стойки, упершиеся в железный ящик с пулеметной лентой.
– Вот так подарочек! – прошептал он. – «ДШК»! Фу-у-у! – Командир взвода посмотрел на Кофура и приложил указательный палец к губам, требуя тишины.
Он тихонечко приподнял деревянный щит и установил его на прежнее место, закрыл проем. Потом старший лейтенант показал Ниязову на ухо – мол, прислушайся, солдат! – и сам замер, успокаивая возбужденное дыхание.
Через минуту Кофур пожал плечами, дескать, тишина кругом, ничего не слышу. Москалев согласился с ним и повел рукой, давая понять, что нужно двигаться дальше. Потом он показал указательным и средним пальцами себе на глаза, предупреждая солдата, что сперва нужно внимательно все осмотреть. Ниязов кивнул в ответ, повернулся к командиру спиной, замер на некоторое время, огляделся и шагнул вперед, в глубину пещеры.
Двигались они медленно. Через несколько метров Кофур остановился и поднял кулак с выставленным указательным пальцем, требуя внимания. Он долго что-то осматривал, потом лег на бок и показал Москалеву, что тот должен продвинуться вперед.
Федор так и сделал. Он прополз вперед, уперся правой рукой в стену и вдруг почувствовал, что в ней провал. Старший лейтенант продвинулся чуть дальше, замер и стал ощупывать рукой края проема. Сквозняк из него не шел. Данный факт говорил о том, что эта часть пещеры упирается в скальный тупик.
Рука Федора сама полезла в разгрузку с автоматными магазинами и начала искать в маленьком кармане фонарик. Но старший лейтенант тут же понял, что это опасно. Он похлопал Ниязова по ноге и вжался грудью в проход, давая солдату возможность продолжить движение вперед.
Кофур все понял правильно.
Пещера была длинной. Минут через десять Ниязов снова остановился. Справа от него опять стоял щит точно такой же формы, как и в начале пещеры. Он прикрывал какую-то щель. Что за ним находилось, проверять Москалев поостерегся.
По прохладному сквозняку, идущему из глубины пещеры, было понятно, что до выхода из нее еще далеко. Горячий наружный воздух в ней остывал градусов до восемнадцати-пятнадцати.
В этот момент возник и другой вопрос. Насколько безопасно им продолжать движение?
Ниязов вдруг остановился и долгое время лежал без движения. Федор тоже замер, оперся на локти, чуть приподнялся и напряг мышцы, пытаясь остановить дрожь, непонятно откуда взявшуюся во всем его теле. Он немножко успокоился и стал вслушиваться. Но ни через минуту, ни через другую, третью, пятую его уши так и не уловили ни единого звука. В пещере царила мертвая тишина.
Похоже, ничего не услышал и Кофур. В противном случае он не продолжил бы движение вперед. Через несколько метров солдат ускорился.
Москалев не отставал от него, иногда упирался лбом в каблук ботинка. Он прополз еще метров пятнадцать и почувствовал плечом, что проход в этой части пещеры становится значительно шире. Федор легонько дернул Кофура за ногу, и тот остановился. Офицер и солдат отдохнули пару-тройку минут и продолжили движение.
Вскоре подземный ход повернул вправо. Федор тут же почувствовал сильный сквозняк, овевающий его потное лицо. Впереди хорошо просматривалось белое пятно выхода из пещеры.
Москалев немножко полежал, поразмыслил и пришел к выводу, что нужно продолжить движение до выхода и осмотреться. Он ткнул локтем в бедро Ниязова. Тот посторонился. Старший лейтенант прополз мимо него и первым оказался у выхода из пещеры.