– Тихо! – остановил Москалев не вовремя разговорившегося солдата и стал всматриваться в сторону арыка, берег которого их заставили обходить.
Никого на нем не было.
Командир взвода еще раз осмотрелся и увидел четырех человек, стоявших вдали. Двое из них были одеты, как вчерашний инструктор, в камуфляжные костюмы, еще двое – афганцы. Они между собой что-то громко обсуждали, показывали пальцами то на соседнюю скалу, находившуюся за арыком, то на сам ручей.
Федор не хотел упускать возможности взять языка, поэтому сбавил шаг и направился к скале. Но и тут были вооруженные люди. Шесть человек с автоматами и винтовками оцепили место, где разговаривали те четверо.
Они тоже приказали группе Москалева не останавливаться, а продолжать движение.
– Один из них может быть сам Бахтияр! – то ли в укор Москалеву, то ли как информацию выдал Ниязов.
– Вперед! Иди быстрее! – приказал Федор.
Как он сейчас был зол на самого себя за то, что не решился атаковать тех четырех человек, охраняемых со всех сторон моджахедами! Что мешало ему это сделать? Запах смерти? Да, она скинула с себя паранджу, открыто смотрела ему в лицо, подталкивала к этому поступку. Она умела дразнить, выставляла его трусость напоказ перед подчиненными, громко высмеивала его. Не сегодня завтра весь полк, в котором он служил, будет знать, что Федор испугался, не уничтожил, не захватил главаря банды душманов. Если это, конечно, был он.
Москалев до боли сжал в ладони ремень автомата, висевшего у него на плече, и ускорил шаг. Он выискивал безопасное место, где его группа могла бы остановиться и передохнуть. Но, как назло, весь близлежащий участок был лишен камней и поросли. Со всех сторон часто доносилась афганская речь. Народу здесь было предостаточно. Конечно же, вчерашний шум заставил главарей душманов усилить свои посты наблюдения.
– Я насчитал трех снайперов с той стороны арыка, – догнав Москалева, отрапортовал Гога.
Старшему лейтенанту очень хотелось, чтобы эти слова услышали все бойцы и не корили своего командира за трусость.
«До выхода из этого ущелья километра три, – размышлял Москалев. – Ну, может, четыре. Как же спокойно духи чувствуют себя здесь. Вот и возникает любопытный вопрос. Почему никто из душманов не обратил особого внимания на мою группу? Ответ один. Идет накопление сил. Похоже, Бахтияр или кто-то другой собирает на этом участке свои бандформирования. Тут же возникает второй вопрос. Зачем?.. Значит, наши бородатые друзья готовятся к чему-то. Например, к нападению на Кабул либо к наращиванию числа своих террористических актов.
Что я могу сделать сейчас в противовес этому? Уничтожить командира этого отряда? И что это даст? Его сменит другой, а я потеряю всех своих бойцов. А если возьму сейчас языка? Опять же вопрос, кто это будет. Скорее всего, простой дехканин, рядовой душман, которыми напичкано, как я видел, это ущелье. Он ничего не знает, а вот его пропажа может насторожить духов.
Так что хоть как ни рассматривай эту ситуацию, все равно будешь приходить к одному и тому же выводу, как вчера, так и сегодня. Будь невидимым, не оставляй никакого следа после себя. Тебе никто не разрешал этого делать».
– Здесь можно передохнуть, – сказал Кофур.
Москалев вздрогнул. Он ругал Ниязова за болтливость и невнимательность, а сам задумался о лишнем совершенно не вовремя.
Открытая территория тут заметно сузилась. Горы сдавили ручей с обеих сторон. Вода в нем была чистая. Федор зачерпнул ее ладонью, брызнул себе на лицо. Она приятно освежила потную кожу. Он умылся и сделал несколько глотков.
– Быстро рассредоточиться! – приказал командир взвода, увидев, что все его люди скопились в одном месте и жадно припали к воде. – Кофур, Гога, Шерш, наблюдайте по сторонам. Никому не фыркать, не в казарме! Тихо пьем воду, набираем ее во фляги и уходим. Две минуты. Время пошло!
А сам он никак не мог оторваться от воды, хотел выпить ее как можно больше, хотя и понимал, что ни к чему хорошему это не приведет. Он будет сильно потеть. Ведь на нем сейчас кроме комбинезона надета афганская рубаха, которая не только сковывает его движения, но и чрезмерно согревает тело. Побыстрее бы скинуть ее с себя.
Москалев все-таки оторвался от воды и отполз в сторону, в кустарник, который укрывал его от солнечных лучей. Он оказался прав. Пот уже лился по всему его телу.
– Быстрее, сейчас уходим! – торопил командир взвода своих солдат, хотя сам понимал, что этого, может быть, и не стоит делать.
Наоборот, лучше рассредоточиться здесь и ждать, когда душманы поведут животных к выходу из ущелья.