– Так точно, товарищ старший лейтенант! – ответил Иванько.
– «ДШК» с собой носи. Если будет, применишь его. Да, Николай, рацию обязательно включи, когда заберешься туда. На этом пока все, действуй, сержант. А я сейчас за ними двинусь. – Командир взвода указал рукой на душманов, уходящих в лощину. – Необходимо посмотреть эту высотку с той, юго-западной стороны. Скорее всего, только оттуда на их базу есть вход. Вполне может быть, что эти моджахеды идут туда. Это наш шанс, который упускать нельзя. Тохир и Кофур, ко мне!
Теперь первым в группе Москалева шел не сапер, а стрелок таджик Тохир Мансуров. Скобелев был вторым. Командир взвода шагал третьим. За ним держался Кофур Ниязов.
Задача, которую поставил перед Мансуровым старший лейтенант, была проста – держаться в пятидесяти метрах от моджахедов, идущих впереди. Солдат стремился выполнять ее в точности. Это позволяло группе переодетых советских солдат не привлекать к себе внимания противника и по возможности прислушиваться к нему.
Возможно ли это? Все бойцы понимали, что да. Доказательств этому долго ждать не пришлось.
В сужении лощины кто-то со скалы крикнул настоящим душманам:
– Салам!
Тут же последовал ответ на это:
– Аллах акбар!
– Так и ты скажешь, Тохир, если с нами духи тоже поздороваются. Приготовиться к бою! – передал по цепочке Москалев.
На втором сужении прохода в лощине, через километр, все повторилось.
Потом душманы, идущие впереди, прибавили шаг. А вот Федор не разрешил Мансурову этого делать.
Причина такого решения состояла в том, что это ущелье спускалось в долину, ширина которой на глаз составляла метров триста. Гора справа поднималась полого, ровно, что не предвещало расположения на ней скрытной огневой точки. А вот слева впивались в ущелье две расщелины, созданные природой, силами стоков воды после таяния снегов и выпадения дождей.
Осмотрев их, Федор пришел к выводу, что только по этим расщелинам и можно подняться на высоту. Он не ошибся. Душманы скрылись в одной из них. Москалеву хотелось прибавить шагу и прилипнуть к ним как гвоздик к магниту. Но он вовремя одумался и решил этого не делать.
Старший лейтенант вспомнил, как в прошлый раз они именно в этом месте наблюдали за обучением душманов стрельбе из гранатомета. Если он сейчас сунется туда, на их базу, то это закончится не только уничтожением его группы, но и подсказкой душманам о том, что против них готовится войсковая операция.
Поэтому Москалев решил пройти дальше и найти место, где можно скрыться от наблюдателей противника и закрепиться. Но лощина буквально в полукилометре от второй расщелины уперлась в вертикальную стену скалы, перед которой зеленела небольшая рощица, рассеченная тропкой.
Федор решил не проверять, куда она ведет, понимал, что это риск. Он состоял в том, что ему назад по этой тропке днем уже не вернуться. Это, скорее всего, привлечет к себе внимание наблюдателей.
– Сообщи Иванько, чтобы двигался сюда. Доведи до них, что если духи скажут «Салам!», то они должны будут ответить «Аллах акбар».
– У них нет таджиков, – сказал Скриталев. – Товарищ старший лейтенант, давайте я туда сейчас с Кофуром схожу и приведу их сюда.
– Витя!.. – Федор помотал головой и задумался. – Ладно, отправляйтесь. Ниязов, ты готов?
– Так точно!
– Будьте осторожны. Метрах в ста пятидесяти после второй расщелины валяется разбитый ящик для мин. Ты, Виктор, погрузишь его себе на плечи и будешь тащить до самого конца пути. Понятно?
– Так точно! Это чтобы у душманов лишних вопросов не возникало.
– Сам напросился, – сказал Москалев и похлопал сержанта по плечу. – Если спросят, что несете, то ты, Кофур, скажешь, что это секрет, дорогой подарок для русских.
Через несколько часов группа Иванько вошла в зеленку. Радист Москалева передал в полк, что они заняли такой-то квадрат и ожидают начала операции. После этого он сообщил координаты двух наблюдательных постов, обнаруженных только что, на которых вполне может находиться крупнокалиберное оружие или переносные ракетные комплексы.
Ответ был коротким:
«Собрать урожай».
– За три часа смены у духов не было на этих огневых точках, – сказал сержант Иванько.
– Николай, они смогут это сделать только ночью, перед самым началом операции, – заявил Москалев. – Кстати, наш полк выдвинется на эти рубежи в полночь, не позже.
– Почему вы так думаете, товарищ старший лейтенант? – спросил сержант.
– Техника выйдет на дальние рубежи этого ущелья и займет их минимум за три часа, реально – за четыре. Вертолеты поднимутся только на рассвете, в четыре тридцать. Хода им сюда полчаса. Значит, в пять ноль-ноль они начнут высаживать здесь десант. Короткий артобстрел будет проводиться по нашей команде, до высадки солдат и после, если потребуется. Вопрос в том, когда мы сможем обезвредить эти огневые точки.