Бежать на помощь Максу, или нестись в глубину склада мне выбрать не дали. Спустя пару секунд, за погребённым под трупами Максом, под весеннее солнце, вылетела двухголовая псина. Следом ещё одна, но уже в мою сторону, явно нацелившись на меня заранее, ещё внутри. Признаться честно, я трухнул. Тушка, в холке не уступающая льву, а в ширину его, так, раза в три шире, с двумя оскаленными пастями и треугольными зубами в них, больше напоминающими акульи, взывает определённые чувства.
Взяв себя в руки, рывком решил уйти в сторону, но, не тут-то было, уступая мне в скорости совсем немого, псина попыталась сменить траекторию бега, наплевав на массу туши. Зубы правой головы клацнули рядом с грудью, ещё чуток и разодрали бы куртку. Попытался сразу же ответить ударом ножа, однако, лезвие встретилось с настолько плотной кожей, что едва смогло нанести никчёмный порез. Двухголовый монстр развернулся налету, выпустил громадные когти, пытаясь остановиться, кроша бетон, как бумагу.
Мне оставалось только кружить вокруг твари, нанося несущественные раны. Что можно с ней сделать, не имея огнестрела, я не представлял. Краем глаза заметил, что первая псина врубилась на полном ходу в собранные Максом трупы, разметала их и, с рыком, во что-то вцепилась, принявшись ритмично трясти головой. Во что, она вцепилась, а, точнее, в кого, не было никаких сомнения. Тварь жрала Макса. Сделав обманный рывок в сторону, кинулся на помощь, оставив позади разочарованно заскулившего монстра.
Ничего умнее, чем прыгнуть на спину псине, терзавшей Макса, придумать не получилось. Усевшись на ней в позе наездника, проверив на прочность растяжку ног, тут же начал наносить колющие удары ножом, в район правого уха той голове, что пыталась прожевать ногу парня.
Макс был жив и в сознании. Ни криков боли, ни безвольной апатии умирающего человек, - только сжатые зубы, налитые кровью глаза и сверкающий в руках клинок, безостановочно бьющий по морде, в надежде попасть по глазам.
Мои удары принесли результат, не тот, на который надеялся, но, все же. Когда я почувствовал, что всё же сумел попасть в ушную раковину, а нож утонул наполовину в черепе, левая голова отпустила ступню Макса, и сомкнула зубы возле моего лица. Спрыгивать не стал. Чтоб достать меня, левой голове пришлось выгибаться настолько сильно, что шея открывалась полностью, словно приглашая себя проткнуть. Увернувшись от второй попытки оторвать мне пол черепа, ушёл в максимально ускорение и нанёс с десятка два ударов в то место, где под толстой кожей должна была быть гортань.
Увидеть результат своих действия я не успел, спиной почувствовав неладное, начал заваливаться вправо, но не успел, или успел, это, как посмотреть. В который раз пройдя мимо смерти, издевательски помахав ей ручкой, отклониться корпусом настолько, что зубы обиженной псины, оставленной ранее позади, лишь распороли кожу на левом плече. Но, вот, лапы и грудь влетели в меня на полном ходу, да так, что я, не уступая Максу в качестве кувырков, слетел с мощной спины монстра и приложился о бетон.
Видимо, от потери концентрации, ускорение слетело само, хотя силы ещё оставались, буквально на дне, самые капли, но оставались. Вдохнуть нормально не получалось, голова гудела, а перед глазами плыли кровавые облачка. Сообразив, наконец, где верх, а где низ, дернулся, силясь сесть. Получилось с первой попытки, не без помощи расставленных в стороны рук, конечно, но, результат важнее. В такие моменты начинаешь завидовать возможностям Макса, точнее, его способностям, до его выносливости и силы, мне теперь, как до луны пешком.
Мотнул несколько раз головой, пытаясь прогнать красные кляксы. Получилось. Зрение пришло в норму, но сначала по ушам ударила короткая автоматная очередь, за ней ещё, подлиннее. Это в двухголового, повалившего меня, стрелял Стас, стоя у самого входа на склад. За его спиной что-то с грохотом упало, быстро обернувшись он матюгнулся одними губами, перезарядил магазин и дал ещё очередь.
- Вставай! – Крикнул он, явно, мне. – Криська, быстрее!
Да, надо вставать, выстрелы старика отвлекли мутировавшую собаку, но это временно. Как во сне, мимо пролетел красный пожарный топор, покачиваясь вверх – вниз, вверх – вниз. Запоздало понял, что его несёт Кристина. Настоящий дурдом, абсурд, - десятки мёртвых мутантов, схватившая насмерть ногу Макса двухголовая собака с поникшей левой головой, ещё одна, в десятке шагов от меня, крутится на месте от жалящих её пуль, грохот ломающегося здания за спиной Стаса, выстрелы внутри ангара и крики оттуда же, и, ко всему, как вишенка, парящий мимо топор. И, всё это, за секунды, — вот, я бегу за машину к складу, десяток секунд, и, я сижу переломанный в другом конце погрузочной площадки. Захотелось застрелиться, только не из чего.