Двое крепких ребят подскочили, схватили за подмышки, а тот, кто раздавал команды, надел мне на голову мешок. Руки завели и вновь заковали, проведя процедуру усиления. Для начала провели эксперимент, поставив меня на ноги, удостоверившись, что ноги не работают, подняли с пола и потащили волоком, держа за скованные, за спиной, руки.
- Сними. – Прозвучал голос Виктора, когда мой зад удостоили мягкого кресла.
Собрались все, точнее вся элита этой помойки, даже поп, чьё имя я забыл сразу, после того как узнал.
Напротив меня встала та самая женщина, что подходила в прошлый раз, жена Виктора и злобно процедила сквозь зубы: -
- Говори, как всё было.
Я, в очередной раз, выдал всё, как на исповеди, ничего не утаивая и не юля, пытаясь вспомнить каждую мелочь, а когда закончил, в комнате охраны повисла мёртвая тишина. Все ждали реакции, провидицы, или она телепат? Чёрт, скучаю по ускорению, ни черта не помню.
Прошло несколько тяжёлых секунд, а она продолжала убивать меня взглядом, зрачки заволокло отстранённой пеленой, будто фильм смотрит. Может, так оно и было.
- Томочка. – Осторожно позвал Виктор, разом потеряв всю свою садистку агрессию. И, её словно отключили. Капля, за каплей в глазах просыпалась ярость, смешанная с болью. Я понимал, чем это закончится, но упрямо не убирал глаз от её переносицы.
- Сволочь. – Завизжала она так, что поморщились все стоящие или сидящие в тесном помещении. Ксюша даже вздрогнула, чуть не выронив бокал с чем-то спиртным. На шоу пришла, сука. Миг, и женщина видевшая только-что смерть своего ребёнка, кинулась на меня, с выставленными вперёд руками, вцепилась длинными ногтями на толстых пальцах в лицо и начала рвать опухшую кожу озверевшей кошкой.
- Виктор, не при мне, прекрати это. – Пробасил поп в неизменной рясе.
- Томочка, хватит, всё, я сам всё решу, не надо. – Схватил её за плечи Виктор, в попытке оттащить от меня.
- Нагрешил ты ирод изрядно. – Продолжил поп, когда его просьбу удовлетворили и обезумевшую женщину всё же смогли усадить на диван. – Искупление ты заслужишь, но, советую тебе, во время прощения думать о боге. В нём твое спасение и надежда.
Он вышел и в комнате опять стало свободней, за ним короткими шажками удалились трое, видимо теперь он так же с охраной ходит. Элита, мать его.
- Мне тоже всё ясно. – Строго пропела Ама. – Ты в полном праве.
- Спину говоришь повредили? – Выставив вперёд челюсть, подошёл ко мне Виктор. – Спину, да?
Резкий удар, невесть откуда взявшейся дубинки, по голове выкинул меня с кресла. Комната поплыла, закрутилась с такой скоростью, что я, как ни старался, не мог понять, где верх, а где низ, лежу я или парю в невесомости.
Это непонимание прошло, когда под крики «Спину, да!», по позвоночнику стали бить каблуком ботинка, явно желая сломать его, словно палку.
- Пошли отсюда, что встали? – Через звон в ушах разобрал голос Амы, а потом полетели ноги со всех сторон.
Втащили меня уже за ноги и за руки, тело полностью обмякло, и я был сродни трупу, но мозг продолжал работать, словно с издёвкой не давая провалиться в беспамятство. Макс, тут же обтёр меня водой и положил под голову свёрнутый кусок тряпок.
- Больно. – Прошептал я, не шевеля разбитыми губами.
- Я понимаю, братик, понимаю, терпил.
- Выруби меня.
- Рехнулся?
- Похер на сотряс, мы же росомахи. Нет сил терпеть.
- Млять! Хорошо, сейчас, терпи, я посажу тебя. Надо в скулу аккуратно дать, так надёжней и безопасней. Блин, а если ретроградная амнезия, деменция, или посттравматический паркинсонизм, тебя же уже отбили наглухо.
- Я, ни слова не понял. Бей.
- На счёт три! Раз, два….
- Мне ничего не надо.
- Я, даю себя прочесть.
- Сломанный весь, сломанный весь,
- Сломанный весь, сломанный весь.
- Мне ничего не надо,
- Я, даю себя прочесть.
- Сломанный весь, сломанный весь,
- Сломанный весь, сломанный весь.
- Мы племя, которое возле костра запоёт,
- Яркими красками тлея.
- Сон бедолагам этот мир слова перевернёт.
- Ни о чём не жалея.
- Хорошо поёшь. – Усмехнулся я, когда Макс закончил.
Очнулся давно, почти не боясь, даже приветствуя боль как старого знакомого. Я лежал и думал, не оставляя попыток нащупать нить ускорения, тщетно. Чувствовал, иногда казалось, что могу даже мысленно дотронуться до той грани, что разделает обычный мир и мир скорости, замедленного времени, но дальше ощущения близости продвинуться не получалось.
- Благодарствую. Докладываю, - тебя принесли вчера утром, сейчас вечер следующего дня, кормят регулярно, срать в ведро, за пол бьют.