Он упал на спину, с силой приложившись о холодную землю, не думая, и секунды, резко потянул зажатую в руке кисть на себя. Виктория упала ему прямо на грудь, выбив остатки воздуха из легких. Но, всё это оказалось мелочью по сравнению с тем, что наступило после, - финальная вспышка взорвалась силой тысячи солнц, а сопровождавший её звук застрял в голове непрекращающейся болью и гулом. Пот, казалось, повалил рекой из каждой поры, кожа буквально горела. Все это сопровождалось непрерывной тошнотой. Сергея рвало ежесекундно, - зачем, как и почему он не знал. Главное, - он чувствовал руку, сжимаемую пальцами, ставшими словно чужими.
Время опять потерялось, словно ребёнок, верующий, что всегда находится под присмотром родителей. Сознание блуждало где-то рядом, с ним, изредка вырываясь в реальность.
- Серёжа, ты слышишь меня? Серёжа! – Знакомы голос, криком тянул из пучины боли. Сергей открыл глаза и увидел разбитое в кровь лицо Виктории. Но, почему-то кровь была синяя, да и само лицо, впрочем, как и небо за её головой.
- Все синее.
- Я знаю! Это радиация! – Радостно, сквозь слёзы ответила она. – Сможешь встать.
Сергей прислушался к своему телу и ответил утвердительным кивком. Чувствительность возвращалась, кожу жгло, но уже не так сильно, тошнота отступала.
- На нас атомную бомбу сбросили?
- Не думаю, она так не работает. Нас словно пучком ударили.
- Мы умрём?
- Должны были умереть сразу. Я не понимаю, что произошло, но если ещё дышим, после такого, то навряд ли.
Непрерывно кряхтя от тяжести поднимаемого тела, Виктория пыталась сохранить твёрдость голоса, каждое движение давалось с трудом.
Когда Сергей выпрямился в полный рост и окинул разом посиневший мир мутным взором, то не узнал его. Нет, все здания, дороги и машины на них были целы, а вот люди, деревья, бездомные псы возле открытой мусорки сильно изменились, и, большинство, не в лучшую сторону. Кто-то валялся весь чёрный, словно покрытый коркой из сажи, кто-то бежал в крови держась за голову с криком умирающего человека. Недалеко от больничного крыльца растеклась кровавая жижа, судя по одежде, завязшей в ней, она, когда-то была человеком. Часть деревьев обуглилась и рассыпалась на глазах, другая часть выгнулась в невообразимых формах, словно испытала кошмарную боль вместе с людьми.
- Что с ними?
- Да, не знаю я! Надо идти!
- Да, да, пацаны. – Встряхнул головой Сергей и тут же пожалел об этом, - новая вспышка боли пронзила лоб, прокатилась по затылку и отдала спазмом в шею. Куст, ещё не начавшей цвести, акации зашевелился рядом. Виктория вскрикнула. Чья-то рука вытянулась на уровне земли и схватила её за щиколотку. Моментально среагировав, Сергей с силой опустил ногу, ударив подошвой ботинка в районе локтя. Раздался хруст. Бесполезно.
Упав на одно колено, Сергей попытался расцепить захват, но рука, покрытая сетью пульсирующих вен, не желала разжиматься. Вложив все силы в давление, ему всё же удалось отогнуть один палец. Ни капли не сомневаясь в своих действиях, он рывком опустил его в низ, - раздался еще один хруст. Та же судьба ждала и второй, и третий. Когда дело дошло до указательного, начавший было зеленеть куст раздвинулся и оттуда показалась пасть. Когда-то, это была женщина, полная женщина лет сорока, теперь же, это было похоже на кошмар из крипового фильма ужасов. Рваный, по краям, рот распахнулся раза в два больше, от своих первоначальных возможностей, глаза почти вылезли из своих орбит, а взгляд был полон ненависти. Ни ужаса, боли или страха, а именно чудовищной ненависти.
Завалившись от неожиданности на пятую точку, Сергей с испуга двинул подошвой ботинка прямо в раскрытую пасть, но, когда это чудовище потянуло ногу Викторию к себе, опомнился, и, вытащив дежурный двадцать шестой «Глок» выстрелил «дабл-тапом» целясь в переносицу. Почти попал, обе пули девятого калибра вошли под правым глазом, откинув голову назад и успокоив сумасшедшую женщину навеки.
- Бежим!
Того, что кто-то обратит внимание на звуки выстрелов и выскажет законные претензии, они не боялись. Пальба была повсюду. Особенно плотной слышалась со стороны площади, где гремели автоматные очереди, доносились стоны, крики и дикие рычания, словно это был не центр города, а зверинец, полный диких хищников.
Привычки человека, пытающегося быть законопослушным, не собирались отступать, и Сергей, заученным движением спрятал компактный пистолет назад, в кобуру. Глаза бешено искали любой транспорт. Пробиваться через улицы, заваленные трупами, монстрами похожих на женщину из куста акаций и нервными правоохранителями никакого желания он не испытывал. Посему, оббежав больницу и ускоряясь в сторону храма, жадно изучал каждый автомобиль.