- Поняла.
Замок щёлкнул, дверь приоткрылась без скрипа и лишних звуков и…, всё, никого там не было. Готовый в любое мгновение врубить свою суперспособность, с жатыми челюстями и гнилым червячком внутри, орущим, - «ты, сошёл с ума», я старался не шевелиться и не моргать, дабы не пропустить даже слабой тени. Дверь закрылась. Просто, сама по себе, тяжеленая дверь холодильника, обшитая металлом, взяла и захлопнулась, а лежащее рядом со входом яблоко резко покатилось в мою сторону. Его, явно, кто-то задел.
- Ой! – Громом раздался сдавленный вскрик, правее. Рука автоматически навелась на голос, а палец поджал спусковой крючок. Выстрел. Даже не сморщившись от болезненных ощущений в уже измученных ушах, продолжил стоять не опуская пистолет. Ровно до тех пор, пока, словно из пустоты, заваливая очередные ящики с яблоками, на бетонный пол не рухнуло девичье тело, в облегающем спортивном костюме.
В один прыжок оказавшись рядом, схватил упавшее навзничь тело, осмотрел голову, шею, расстегнул тонкую олимпийку, оголив маленькие грудки, что-за привычка пошла у молодых девок, - ходить без лифчиков, приспустил штаны, ощупал, не стесняясь ноги в поисках раны. Всё чисто, кроме кровившей ссадины на правой ноге, свежей, зацепилась, скорее всего об угол ящика, потому и вскрикнула.
Кляня себя и тупоголовых малолеток распоследними словами, похлопал девушку, лет шестнадцати на вид, по щекам. Та, спустя пять шлепков, медленно открыла голубые глаза и уставилась на меня.
- Что случилось? – Не понимая, спросила она. – Вы стреляли?
- Да, я думал, это мутанты, так шутят. – Не зная, что ответить, замямлил я. – Ты, чего сразу не сказала?
- Не подумала, простите, я привыкла, так ходить.
- Хорошо, что я стрелял во взрослого человека, пуля у тебя над головой пролетела.
- Я, взрослая. – Пробурчала она садясь. – Мне двадцать уже.
- Как скажешь. – Соглашаюсь я, понимая, что забыл её одеть, и, единственно, чем она занята в сей момент, так это попыткой понять, почему она в расстёгнутой кофте, естественно с голой грудью, и спущенных по колено штанах.
- Я тебя осматривал, искал, куда ранил. – Попытался оправдаться я. Млять, по её голубым глазкам видно, что не верит она, не единому слову не верит. Встала, штаны тянет и на меня не смотрит, деваться ей некуда, вот и молчит.
- Посмотри на меня. – Строго говорю, вставая напротив. – Звон в ушах слышишь, порох воняет, так? Ты думаешь, я выстрелил и кинулся труп трахать? Тогда, исчезай и вали отсюда, лучше там, среди этих тварей бродить, чем с таким извращенцем планы строить. Осматривал я тебя. Кровь не хлещет из ран фонтаном, а будить тебя и спрашивать…, короче, как-то не до этого было.
- А, что бы вы сделали, у вас даже аптечки нет. – Наконец, проговорила она. Отлично, спорит, значит, скоро, и принятие придёт.
- Бинт есть, жгут. Если бы пуля застряла, то, вскрыл бы ножом, достал. – Не моргая соврал я.
- Ваш нож в трупе монстра, я видела.
- У меня второй есть. – Если врать, то до последнего, так, чтоб самому верилось. – Раз стоишь, тут, значит поверила, тогда моя очередь спрашивать, - ты, что тут делаешь, как прошла, хотя, я уже понимаю, - как. Рассказывай, в общем.
Её звали Кристина и была она, всего несколько дней назад, простой студенткой, не хватавшей с неба звёзд, но, будучи прилежной и старательно, училась хорошо. Это было понятно сразу, с того момента, как она, усевшись рядом на ящик, начала свой подробный рассказ, попутно покусывая, где-то раздобытую, грушу. Я, как ни старался, кроме опостылевших яблок ничего не нашёл, и куда им только столько….
В день, когда всё поменялось, она была с сестрой дома. На мой вопрос, «а, где сестра», - коротко ответила, - «там». В общем, родители на работах, они так, кстати, и не вернулись, что не удивительно, девчонки одни. После прохода волны, Кристина выбежала зачем-то в подъезд, а там на неё напал сосед с женой, бросились с верхнего этажа прямо на неё. Запаниковав, да, и не понимания ничего толком, она просто зажалась в угол от страха.
К её удивлению, она осталась цела. Сбрендившие соседи, встали возле неё подвывая и корчась в спазмах мутирующего тела. Хотя, после пяти минут такого стояния, они с удовольствие кинулись на вошедшую внутрь бабушку, ну, и сожрали её, прямо на глазах у Кристины. Психика нормального человека не выдержала, выкинув бедную девчонку на улицу, заставив пробежать по улице, больше напоминавшую сумасшедший дом, до ближайшего парка, а там, укрыться в плотных ветвях кустарника.
Пытаясь сдерживать истеричное рыдание, она наблюдала за происходившим кошмаром, попутно замечая изменения в себе. Поначалу, Кристине даже подумалось, что она мертва, так как разглядеть своё тело она попросту не могла. Но, опытным путём, посредством щипков и прикосновений, выяснила, - жива, но невидима.