- Это хорошо. – Казалось не слушая, ответил майор. – Что делать собираетесь, а то без вас мне отвечать отказывались.
Я мысленно хмыкнул, - «отказывались», ага, один Макс мне наговорил на час разговора, уверен, что всё обсудили, только идти без меня не хотели. Мудак хитрый, настраивает на доброжелательный лад, мол «смотри какой умный и серьёзный человек признает твою власть, возгордись!». Бесит, когда при первом общении начинают хитрить, я сразу начинают преувеличивать и вести себя агрессивно. Но, и мне есть, что ответить. Он-то, думает о том, как я начну докладывать о предстоящем пути к ним, спасителям. Хер тебе, рожа автоматная.
- Собираемся проредить численность мутантов, а заодно, пресечь появление новых видов.
Майор помедлил, теперь уже явно выслушав меня внимательно, сложил два плюс два.
- Нашли? – Не стал он, падать в грязь лицом и в удивлении говорить лишнее.
- Нашли.
- Хотел бы вам помочь….
- Мы сами.
- План есть?
- Да.
- У меня людей, которые могут держать оружие, тринадцать человек, остальные сто, женщины, дети. Понимаешь?
- Да. – Я понимал, нет у него никого, и не будет он, как Ама выделываться. Мы ему нужны, очень. Не мудак он, конечно, и хитрил он, скорее по привычке, а не от умысла. Работа такая. И этим докладом, о численности контингента, он просит меня быть осторожнее.
- И, ещё. К тем, кто укрылся в торговом центре не суйтесь больше, лучше обойдите, как ни будь. К нам пять человек приехало, случайно, сбежали от них. Там дурь начинается, людей казнят.
- Принял. Мы, и не собирались.
- Тогда, всё. Рассказать и помочь советом не могу, мы сами о пирамидах знаем только форму и цель постройки. Только гигантов опасайтесь, их просто так не убить.
- Добро.
- Выходите когда?
- Утром, на рассвете.
- Тогда до связи вечером. Ни пуха ни пера.
- К чёрту.
Рация замолчала, окунув меня в полную тишину, только снизу доносился тихим лязгами шум посуды, скоро ужин.
Стас толкнул Макса в плечо кулаком.
- Учись! А, то треплешься, как баба.
За ужином Макс со Стасом безостановочно обсуждали предстоящую акцию. Старый с энтузиазмом рассказывал ему о видах взрывчатки, её бризантности и фугасности, рассказывал, как и с чем лучше мешать аммиачную селитру. В общем чуть ли не полные занятия по практике применения взрывчатых веществ устроили. Максим впитывал, как губка, ему было всё интересно, он по-настоящему увлёкся, и даже позабыл, на время, про свои постоянные шуточки и подколы. Ему вторила Кристина, которая тоже присоединилась к их занятиям, не так активно, но в качестве вольного слушателя. Леха был больше занят своей семьёй и женой, сдувающей с него пылинки.
Я помнил те времена, уже такие далёкие, когда Лёха, орал под окнами каждые выходные под гитару, стоило им только поссориться. Голос у него был шикарный, громкий. Репертуар, правда, говно, но, тут, был его выбор. Охрана комплекса делала ему внушение, просила снизить накал страстей, но, ментов не вызывала, и не сколько боясь его габаритов, сколько понимая, кто его отец. Надо кстати его спросить, кем он всё-таки был, знаю только одно, - жил он в Москве и был богат до жопы.
Так, тогда, Маша его костерила на чём свет стоит. Маленькая, казалось, женщина изрыгала, иногда, такие ругательства, что даже у меня уши вяли. Лёха, хоть и похож на боксёра тяжеловеса, добряк по жизни, ей не отвечал. А, если я его встречал, на следующий день, то ходил он с понурой головой, стыдился пьяного поведения, но, уже на следующие выходные, а может, и через, ругался с супругой и изливал горе всем соседям, под бодрый гитарный бой. Теперь же всё поменялось. Нет, Лёха был добрым и весёлым, как обычно, но, вот Маша, не отходила от него ни на шаг, потакая любым его прихотям, а он, словно, этого, и не замечал. Что говорить, о её отношении к нему, когда она узнала наш план, и то, что её муж будет играть в нём главную скрипку? Правильно, - нечего, можно только наблюдать и гадать, - а надолго их хватит?
Слушая каждого за столом в пол уха, на автомате бросал пищу в рот, как в топку, а после, незамеченным встал из-за стола и отправился в комнату, к Виктории с детьми.
Они поели раньше нас, и, теперь, Виктория, что-то писала в небольшом блокноте сидя на кровати, а пацаны увлечённо рубились в карты. Мишка старался вести себя, будто он обычный ребёнок, и мало чем отличается от того же Глеба. Получалось слабо, видели это все, но его брату, этого, было достаточно.
Я присел рядом, кивнув поднявшей на меня голову Виктории, и, понаблюдав за попыткой Глеба навесить погоны из шестёрок брату на плечи, аккуратно спросил у Миши: -