Упоминание о её «спасении» было слишком прямолинейным. Анна вскинула голову:
— Но Илью ты держишь «под охраной». Он ведь тоже человек. И, кстати, не виновен…
— Или виновен, — перебил Митя. — Если подтвердится, что Илья — террорист, тогда мы быстро сдадим его властям. И всё. Ты останешься чистой, не забывай: тебя объявили заложницей, а тут я как рыцарь, доказал, что ты ни при чём…
Он опустил голос, приникнув к её уху:
— Скажи, не лучше ли будет признать перед полицией, что Илья тебя похитил? Так мы спасём твою репутацию, а я официально стану твоим покровителем.
Анна дёрнула плечом, выскользнув из-под его рук. Сердце затрепетало от внезапной вспышки: «Значит, он хочет, чтобы я на камеру обвинила Илью? Но ведь это ложь…»
— Но он не… — начала она, но Митя мягко положил ладонь на её губы:
— Тсс, не вдавайся в подробности. Разумеется, это «не совсем правда». Но нам так нужно, чтобы спасти тебя. Может, согласишься ради меня? — Его взгляд стал почти умоляющим, но в глубине синели стальные нотки. — Ты же не хочешь, чтобы тебя считали сообщницей преступника?
Анна на миг замерла. Митя говорил это с той же небрежной улыбкой, что и тогда, когда звал её на ужин в дорогой ресторан, но смысл слов бил по нервам сильнее любого выстрела. Она встала, поплотнее запахивая халат:
— А вдруг он невиновен? Как я могу так говорить?
Митя со вздохом поднялся:
— Слушай, я тебя не заставляю. Но подумай логически: «красная зона» скомпрометирована, все ищут виновного, минуты логов «крота» и Ильи совпадают. И кто лучше подходит на роль козла отпущения, чем «Стрельцов со скандальной репутацией»? Кстати, если его уберут, то как ты докажешь свою невиновность?
Он подошёл ближе, обнял за плечи, и Анна ощутила, как её разум разрывается. Подступало смешанное чувство ужаса, растерянности и влечения. Митя слегка наклонился, коснулся её губ, но Анна отстранилась, чувствуя, что не может больше быть ласковой.
— Откуда ты знаешь про логи? — прошептала она.
— Я многое знаю, — тихо ответил он, пробуя поймать её взгляд. — Представь, Анюта, мы будем вместе, без тайн. Мне надоело скрываться. Я готов… ну, ты понимаешь. Не то чтобы жениться, но хотя бы обнародовать наши отношения. Но вот только как я могу всем рассказать, что встречаюсь с преступницей? Сначала нужно очистить твоё имя, милая.
У Анны в груди ухнуло. Она столько раз мечтала, что однажды Митя сделает серьёзный шаг, но происходящее теперь — совсем не то, о чём она грезила. Илью он держит запертым, ей явно лжёт о многом, а тут вдруг «предложение», да ещё и с такими условиями?!
— Митя, — произнесла она хрипло, — ты же понимаешь, что я не могу так сразу… Мне нужно подумать.
Он улыбнулся «понимающе»:
— Конечно, дорогая. Подумай. Только… будь благоразумна.
Пока Митя вызвал одного из своих подчинённых, деловито переговариваясь с ним о «поставках софта» и «презентации новой нейросети для госзаказа», Анна тихо выскользнула из комнаты. Она хотела найти, куда увели Илью. Длинный коридор тянулся к закуткам, двери были закрыты. У одной из них стояли двое охранников. Ага, значит, сюда.
— Пропустите меня, — потребовала Анна, пытаясь звучать твёрдо. — Мне нужно поговорить со Стрельцовым.
Охранники обменялись взглядами. Один коротко ответил:
— Извините, мадам, но приказ Дмитрия Валентиновича: не впускать никого. Оперативник опасен.
— Он не опасен, — возразила она, повышая голос. — И потом, я здесь гость, разве нет?
— Нам жаль, — повторил второй, пожав плечами. — Приказ не обсуждается.
Анна сжала кулаки, ощущая нарастающее негодование и страх. Илья в полной изоляции — это явно не похоже на «помощь». Но что она может сделать? Спорить с вооружёнными людьми, разъярять Митю? «Чёрт, как всё неправильно…» — мелькнуло в голове. Сжав губы, она развернулась и поспешила обратно, еле сдерживая подступающие слёзы.
Когда Анна вернулась в гостиную, Митя уже ждал её у камина, держа в руке бокал вина. Увидев её встревоженное лицо, он приподнял бровь:
— Ты искала Илью, да? Зря стараешься. Я дал распоряжение беречь вас обоих от глупостей. Ему там не так плохо.
— Ты называешь это заботой? — Анна вскинула подбородок. — Почему же я не могу хотя бы поговорить с ним?
Митя сделал глоток, при этом внимательно изучая её реакцию:
— Потому что разговор может привести к очередной твоей непредсказуемой выходке. Мы же знаем, как горяч и упрям Илья, а ты можешь повестись на его версии… И что потом? Вновь сбежите?
— Но…
Анна не успела ничего возразить: вдруг её телефон, который она держала в кармане халата, завибрировал. Это был короткий сигнал — похоже, мобильник сообщал, что вот-вот разрядится… Митя резко нахмурился, шагнул к ней и попросил: