— Боже мой, Хэл! Кто это тебя так отделал? Хэл, ну скажи хоть что- нибудь!
Эймс вытащил из кармана револьвер и огляделся. Кроме своего прерывистого дыхания, он ничего не услышал.
— Есть тут кто-нибудь? — спросил он охрипшим шепотом.
, Слева близко от него раздался какой-то шелест. Потом что-то мягко упало на пол. Он вскинулся, нажал на гашетку и в тот же момент понял, что его обманули. Мягким предметом была подушка с софы, а тот, кто ее бросил, находился сейчас позади него. Эймс снова обернулся, но оказалось, слишком поздно: на его голову со страшной силой опустился кусок свинцовой трубы.
Он хотел вскинуть револьвер, но мышцы ему уже не повиновались. Всю правую сторону тела словно парализовало. Пальцы сами собой разжались, и револьвер со стуком упал на прл к его ногам. Сам Эймс рухнул на колени, успев лишь подумать: «Так же, как и Мэри Лоу»…
Кусок трубы снова просвистел в воздухе и опустился на этот раз ему на плечо. Эймс застонал, но упорно продолжал двигаться к двери. Третий удар пришелся по руке, в первый момент он даже подумал, что ее сломали.
Собрав последние силы, он толкнул парадную дверь. Она подалась под его тяжестью и распахнулась, ударившись о стену. Головой вниз он приземлился на плиты патио. И бросился в ближайшие кусты. Позади него, из темной комнаты, раздались четкие выстрелы. Пули просвистели совсем рядом. Эймс слышал, как продолжал истерически щелкать курок, даже когда в магазине револьвера кончился заряд.
Эймс помчался вниз по газону и остановился только тогда, когда добрался до берега. Сердце бешено колотилось. Он оглянулся на виллу. Окна гостиной все еще были темны. Он присел на песок и стал ждать, когда Феррис зажжет свет и позвонит в полицию.
Но ничего подобного не случилось. Эймс рассмеялся от радости и облегчения; Так хорошо он себя давно уже не чувствовал. Так как понял, что напал наконец-то на верный след, только избил не того, кого следовало.
Теперь все стало на свои места, и пришла ясность.
Эймс выплюнул кровь изо рта, провел по лицу рукавом и, забравшись под пирс Камденов, начал пробираться в сторону яхт. В конце концов, дело выгорело. Правда, не совсем так, как он себе представлял, но это теперь не имело значения.
Неподалеку от «Рыбного дома» Руперта внезапно запрыгал огонек карманного фонарика. Потом Эймс увидел расплывчатые очертания бегущего человека. Эймс прижался к стволу пальмы и не шевелился, пока человек не пробежал мимо.
Это был один из людей шерифа Уайта. Скорее всего, постовой с «Салли». Он пробежал так близко, что Эймс мог бы дотронуться до него при желании рукой. Шаги удалялись. Временами полицейский останавливался, прислушивался, а потом опять начинал бежать. Эймс выждал, пока тот не оказался приблизительно на уровне пирса Камденов, и снова продолжил свой путь.
Бена Шелдона на рампе уже не было, но дым от его сигареты все еще плавал в воздухе. Эймс посмотрел в сторону «Салли»… Насколько он мог видеть в темноте, на кокпите- никого не было. Постовой, разумеется, слышал выстрелы и побежал на их звук. Скоро весь район гавани будет кишеть полицейскими. Из бара Гарри выходили люди, они оживленно разговаривали и смотрели в сторону виллы Камденов.
Самое время сматываться. Втянув голову в плечи, Эймс заскользил дальше по пирсу.
Шип сдержал слово и ждал. Как только Эймс спрыгнул на кокпит «Фалькона», Шип отвязал канаты и отчалил.
— Куда теперь? — спросил он.
Эймс присел на край бассейна для рыбы и безмолвно наблюдал, как удаляется берег. Прежде чем говорить с шерифом, он должен обязательно убедиться, что его предположения верны. Ему нужны были доказательства, и он знал, как можно их раздобыть. Сухопутные дороги-были, видимо, еще перекрыты, но водные-то пути блокировать было невозможно. Владельцы судов и днем и ночью входили в гавань или выходили из нее. Море их кормило, и всех их просто невозможно было проконтролйровать.
Эймс нащупал-в кармане деньги.
— У тебя еще много бензина, Шип?.
— Два полных бака.
— Сможем дотянуть до Тампы?
— Конечно. — Шип резко повернул руль. — Значит, ты хочешь попасть в Тампу?
— Да. Я дам тебе сто долларов за поездку.
— Оставь свои деньги при себе.
— Но поездка ночью опасна. Ты рискуешь напороться…
— Значит, оба подмокнем. — Шип завел второй мотор, и «Фалькон», словно темный призрак, устремился под сумрачные своды моста. До- Тампы плыть восемьдесят миль.
Эймс осторожно ощупал свое лицо. Рука сильно болела, на затылке оказалась рваная рана. Теперь ясно: его чуть было не пристукнули. Руки все еще дрожали. Тем не менее ему удалось закурить сигарету.