— Верно. При случае я занимаюсь и крупными сделками. Вы оставляете за собой этот дом?
— Нет.
— В. таком случае, вы и яхту не станете оставлять?
— Не стану.
— Хорошо. Я предлагаю вам за «Морскую птицу» восемь тысяч долларов.
Феррис чуть не поперхнулся.
— Вы что, с ума сошли, Шелдон? Яхта стоит по меньшей мере пятьдесят!
Бен Шелдон бросил на адвоката поверх очков холодный взгляд.
— Ну и что? «Тадж Чахай» стоит несколько миллионов, если не больше, а я за него не дам и сотни. Такие большие яхты, как «Морс-. кая птица», трудно продать. Лишь немногие могут позволить себе купить шестнадцатиметровую яхту с дизелем. Вполне вероятно, что мне придется избавиться от всей роскоши на ней и перестроить в рыболовный катер. Вот тогда, возможно, ее купит даже какой-нибудь местный капитан — в надежде на более крупную клиентуру.
— Десять тысяч дадите? — спросил Камден.
— Хорошо, пусть будет десять.
— Согласен. Пиши купчую. Прямо сейчас.
Том Феррис вскочил.
— Ты что, с ума сошел? Хэл? — свирепо фыркнул он.
— Конечно! — тоже фыркнул в ответ Камден. — Тебе хорошо говорить. А ты залезь в мою шкуру! Я женился на старой бабе, потаскушке, и четыре года вожусь с ней в надежде, что после ее смерти положу в карман кругленькую сумму. И что я получаю? Два пуда дерьма!
— О, я бы этого не сказал, — заметил Шелдон. — Вы наследуете виллу, не так ли?
— Да.
— Она стоит по меньшей мере пятьдесят тысяч.
— Берите выше! Шестьдесят пять! Но на ней ипотека шестьдесят тысяч. Остаются какие-то несчастные пять тысяч. Я своему букмекеру больше должен: Прекрасная перспектива, ничего не скажешь!
Феррис попытался его утешить.
— Не принимай все так близко к сердцу, Хэл. Мы обязательно отыщем эти деньги!
— Где ты их отыщешь, черт возьми? Мы же проверили все счета. Облигации, акции, наличные деньги — все бесследно исчезло. Можно подумать, что Элен предчувствовала, что умрет, соскребла в кучу все свое состояние и спрятала, чтобы побольнее ударить меня!
— Надо же, какая неудача! — посочувствовал Бен Шелдон. — Ну как? Принимаете мое предложение?
— Да. Эти деньги будут как раз кстати. Я совсем на мели. У тебя есть формуляр, Том?
Адвокат взял с кресла свой портфель, раскрыл его.
— Думаю, что да. Хочу тебе сказать, что ты действуешь слишком поспешно. Но это твое дело. Меня это не касается. — Он сел за стол, вынул ручку и стал заполнять бланк.
Толстяк-маклер вынул из нагрудного кармана толстый бумажник и отсчитал пачку стодолларовых банкнот. Камден угрюмо посмотрел на него.
— Хорошенькое обтяпали дельце.
— Самое главное — вовремя прийти, — улыбнулся Шелдон.
Увлеченные сделкой, они не заметили, как кто-то вошел в парадную дверь. Лишь когда Феррис отвлекся от формуляра и поднял голову, то увидел вошедшего. -
—* Бог ты мой! — только и выдавил он из себя.
— Да, это опять я! — так же тихо ответил Эймс. — Я прочитал в газете о вашем вчерашнем героическом поступке и вот подумал: может быть, вам будет приятно еще раз отнять у меня оружие.
Шелдон перестал считать деньги и сказал.
— Будь осторожен, Чарли. Копы уже наступают тебе на пятки.
Эймс прислонился спиной к стене.
— Копы всегда у кого-нибудь на пятках. Такая у них профессия. Ну как дела, Бен? Заговоришь добровольно или тебе помочь?
Толстяк хотел было подняться с кресла, но сразу же опустился в него, как только заметил в руке Эймса револьвер. Он положил бумажник на деньги и провел платком по лицу и шее.
— О, боже, Чарли! Ты, наверное, шутишь! Убери свой проклятый револьвер!
— Будьте же благоразумны, Эймс. — Камден оторвал глаза от Шелдона и перевел их на Эймса. — У вас все это превратилось в идею фикс. Что вам может рассказать Шелдон?
— А вы разве не знаете, что Бен был любовником вашей жены?
— Нет.
— Это ложь! — запротестовал маклер. — Да, я пару раз провел время в ее обществе, но мы были всего лишь хорошими друзьями.
— Рассказывай это кому-нибудь другому. Шерифу Уайту, например. Ты уверен, что это не ты уговорил Элен Камден превратить все ее состояние в наличные деньги? И уверен ли, что не ты убил ее, и всю вину свалил на меня?
— Такого я сделать не мог! — Шелдону наконец удалось все-таки подняться. Его жирное тело тряслось от возмущения. — Зачем мне было ее убивать? Давай лучше позовем сюда шерифа Уайта, и он нас рассудит.
— И на Мэри Лоу ты не нападал?
— Нет!
— И Селесту ты не убивал из-за того, что она догадалась, в чем дело?
— Нет!
Камден лихорадочно переводил взгляд с одного на другого. Вопросы и ответы напоминали сценический диалог. Словно Эймс и Шелдон заранее выучили свои роли.