Эта мысль понравилась толпе.
Стоявший рядом с Бемисом человек, глядя на Марву, с шумом глубоко задышал.
— Давайте, ей-богу, проучим как следует. Разденем обоих догола, вываляем в дегте и в перьях.
Тэйер отстранился от стола, на который он опирался, и резко сказал:
— Ну, прекратите это, ребята! — Здесь не будет ни линчевания, ни дегтя, ни перьев, — и добавил умиротворяюще: — пока нет достаточных свидетельств даже для того, чтобы арестовать Марву и Феррона.
— Видите, что я говорил? — разозлился Бемис.
Стоявший рядом с ним фермер попытался схватить Марву за руку. Феррон оттолкнул его.
— Остановите их, Хи, — проблеял шериф. — У нас никогда еще не линчевали, по крайней мере, белых — за все годы моей службы. И я не хочу, чтобы замарали мою репутацию.
— Хи, вы поняли шерифа? — холодно спросил Оппенхайм. — Пока это дурачье не вышло полностью из-под контроля, остановите их. Нельзя допустить насилия.
В это время возле французских окон, выходящих на галерею, произошло какое-то движение.
— Действительно так? — послышался голос Дока Хэнли.
Маленький доктор с морщинистым лицом, а за ним Балл Горэм, полдюжины наспех вооружившихся зазывал, киоскеров и других людей с аттракционов, протолкались через толпу и встали в середину круга.
— Ты в порядке, Эд? — спросил Док.
— Да, разумеется. Все хорошо, — соврал Феррон.
— Мы узнали: здесь происходит что-то неладное, как будто собираются устроить суд Линча. Так что мы решили подъехать и посмотреть. — Яркие глаза Дока сверкнули, оглядывая толпу. Он вынул пару бронзовых кастетов из кармана пиджака и надел на руки. — Ну что же, ребята, давайте начнем наши танцы?
Стоящие сзади нажимали, а стоящие впереди отшатнулись.
— Осторожно! — воскликнул Бемис, — у них есть ружья!
— Убирайтесь отсюда все! — приказал Тэйер. — Я требую! Жители Бэй-Байу, отправляйтесь по домам. Не будет никакого линчевания и никаких драк. — Он взглянул на Феррона. — А ты забирай своих хулиганов, и быстро выметайтесь на площадку аттракционов. Но не пытайся удрать из города. Как только назначим время судебного разбирательства, я проведаю тебя.
— Я буду на площадке, — успокоил его'Феррон.
Марва не отрывала от Эда взгляда с того момента, как он вернул ей фотографию.
— Ты же не веришь этому, Эд, правда? Ты же знаешь, я не стала бы делать такое. Ни зажакие деньги.
Феррон посмотрел на ее кольца, ничего не ответил, а вышел через одно из французских окон в галерею.
— Давай поедем на моей машине, — предложил Хэнли. — Твоя немного повреждена. Кто-нибудь из наших ребят позже вернется за ней.
— Как скажешь, — согласился Феррон.
Они ехали молча, по темным окраинам, затем по пустынной деловой улице города. Док не задавал никаких вопросов. На площадке по- прежнему толпилось довольно много народа. Аттракционы, зрелища, игры работали неплохо. Рулетки крутились на полную мощность.
Поставив машину, Док сказал:
— Я решил воспользоваться моментом и запустил рулетку. Ребята из мастерских тратят деньги, и мы уже хорошо постригли их, так что прибыль будет. Если у нас выпадет еще несколько хороших дней на следующей неделе, мы справимся, и, пожалуй, ты сможешь даже послать немного денег в банк.
— Прекрасно, — отозвался Феррон и поблагодарил: — Спасибо, ребята!
Балл Горэм пожал'плечами:
— Не за что, Эд.
Все вернулись к своим делам: шеф павильонов принялся укреплять их, заметив грозовые облака; зазывалы влезли на платформы, торговцы открыли киоски.
Хэнли прошел с Ферроном до центральной дорожки и остановился перед палаткой гадальщиц.
— Ну, что же все>-таки случилось?
Феррон с трудом проговорил:
— Дядя мисс Миллер убит.
— Это я понял. Но почему они обвиняют именно тебя?
— Я оказался под рукой. Кроме того, пропали восемнадцать тысяч долларов.
— Откуда они исчезли?
— Из жестяной шкатулки на кухонном столе.
— У старика было так много денег?
— По-видимому, да.
— Наличными?
— Купюрами старого образца большого размера.
— И он держал их в жестяной шкатулке?
— Да.
Мадам Зара стояла у входа в палатку. Хэнли сдвинул на затылок шляпу и посмотрел на свою жену.
— Вот тебе твой чертов хрустальный шар.
Феррон никогда еще не чувствовал себя таким усталым. У него подгибались колени, и он еле доплелся до трейлера, служившего ему и конторой и жильем. Недавно поступившая к ним маленькая блондинка только что закончила свои выступления на канате и курила, сидя на крылечке трейлера. Увидев Феррона, она встала, расшитый блестками сценический костюм распахнулся, и мигающие огни вра- _ щающейся карусели на мгновенье осветили ее белое тело.