— Ну что ж, не впервой, — спокойно ответил Шип. — Временами мне даже хочется отдохнуть. Вот у меня и появится возможность…
Все рассмеялись.
Красный от ярости Камден выходил из себя:
— Где мы, собственно, находимся? На карнавале? Этот человек — убийца! На его совести смерть моей жены. И меня он не напугает! — С этими словами он бросился на Эймса. Полы его халата развевались от бега. Эймс нажал на курок. Пуля вонзилась в песок перед ступнями ног Камдена. Тот испуганно остановился. Лицо его побелело, как мел.
— Что же вы встали? — иронически спросил Шип.
Смех толпы не смолкал.
От Пальметто-Сити до бухты минут двадцать езды. И тут издали послышался вой полицейской сирены. В эту самую мйнуту Эймс открыл дверцу машины.
— Садись, — сказал он Мэри Лоу.
— Я еду с тобой?
— Немного.
Эймс сел за руль, держа револьвер на прицеле в сторону пирса и начал не глядя, на ощупь искать ключ зажигания.
— Ты его долго проищешь! — насмешливо крикнул Сойерс. — Ключ в кармане моих штанов! Так что — счастливого пути!
— Будь разумным, Чарли, и перестань фокусничать, — проникновенно обратился к нему шериф. — Через минуту здесь будет вторая машина. Положи револьвер на сиденье и выходи с поднятыми руками.
Эймс не шевельнулся. Он еще не смирился с поражением.
Мэри Лоу тихо спросила:
— Что ты собираешься делать, Чарли?
— Хочу удрать. Иначе у нас вообще не будет никаких шансов. Уайт уже старый человек. Камден и Феррис будут вить из него'веревки. Наш чемодан — на заднем сиденье?
— Да.
— И там наши деньги?
— Да.
— Достань мне двести долларов. Нет, лучше триста.
Мэри Лоу перегнулась через спинку сиденья и открыла чемодан.
—. А почему ты не хочешь взять все?
— Трехсот мне хватит. Сунь их мне в карман. Остальные — на адвоката. А теперь слушай. Один телефонный звонок они обязаны тебе разрешить. Позвони судье Баркеру и попроси срочно подыскать хорошего адвоката.
Мэри Лоу заплакала.
— Может, тебе лучше остаться, Чарли?
— Я должен уйти от них, дорогая. Иначе мы погибли.
— Они тебя — застрелят.
Эймс*распахнул дверцу машины…
— Это все я должен учесть!.. — В его голове внезапно возникла неожиданная идея: — Кстати, ты уверена, Мэри Лоу, что на пирсе из- за столба на тебя напала женщина? — быстро спросил он.
— Нет, не уверена.
— Это, скажем, не мог быть мужчина в женской одежде? А? Возможно, это тебя и сбило с толку?
— Не исключено, Чарли!
Он бы с удовольствием поцеловал ее на прощанье. Может быть, это вообще был бы последний поцелуй в его жизни, но Эймс не рискнул оторвать взгляда от шерифа. Правую руку он сунул в пиджак. И вышел из автомобиля. Метрах в тридцати от него, на шоссе, кипела жизнь. Машины неслись на север и юг. На севере находился. Семинол-Рокс, на юге — Пальметто-Сити.
— До свидания; дорогая.
— Прошу тебя, Чарли, не делай этого.
Не спуская дула револьвера со своих преследователей, Эймс двинулся к шоссе. Толпа любопытных, державшаяся до сих^пор на почтительном расстоянии у пирса, теперь пришла в движение и вскоре добралась до машины, из которой он только что вышел. Шериф Уайт облокотил- ся на ее крыло. Он вновь заговорил, внятно, громко, вслед удаляющемуся Эймсу: и голос его по-прежнему звучал дружелюбно:
— Ты Себя очень глупо ведешь, Чарли!
— Возможно. Но ни Мэри Лоу, ни я никого не убивали.
— Пусть закон докажет твою невиновность.
— К черту закон! — Эймс повернулся и стремглав помчался к шоссе. Вслед ему тут же раздался выстрел.
— Остановись! — крикнул шериф.
Эймс на бегу оглянулся через плечо. У шерифа в руке был короткоствольный револьвер. Сейчас он уже держал его дулом вверх. Эймс хотел ответить на выстрел, но не выстрелил, ведь шериф ему ничего плохого не сделал. Эймс даже любил этого старика. Он подпрыгнул в каком-то диком, невероятном прыжке и мгновенно очутился за стволом* пальмы. Вторая пуля пролетела буквально рядом с его ухом, и угодила в пальмовую ветвь.
— Остановись, говорю! — крикнул еще раз Уайт.
— Вернись, Чарли! — крикнула Мэри Лоу умоляющим, полным страха голосом.
Эймс отер левой рукой пот со лба и побежал опять. Кое-кто из водителей, напуганных стрельбой, останавливали на шоссе свои ма-. шины. Эймс рванул дверцу ближайшего «бьюика». За рулем сидел молодой, парень.
— Куда так спешишь, старик? — спросил он, лениво перекатывая во рту жвачку, но, увидев в руке Эймса револьвер и болтающийся наручник, испуганно спросил:
— Чего тебе?