Надо добиваться одного: выбить из Камдена правду. Угрозами, кулаками, чем угодно, но непременно выбить.
Селеста была мертва. Камден отрицал, что у него была с ней связь. Пусть так. Но тогда в этой афере участвовала какая-то другая женщина. Она напала на Мэри Лоу и пыталась ее утопить. Во всяком случае, так той показалось. Сейчас Эймс отдохнул и мог трезво оценивать события.
Состояние каюты, когда он проснулся на «Морской птице», тоже свидетельствовало о женской руке: его смятая койка, сброшенное в спешке вечернее платье, чулки и трусики на нетронутой койке, специально оставленные на всем его теле следы губной помады.
Все это было инсценировано так искусно, что в первый момент даже не могло не убедить: он должен был поверить, что занимался с кем-то любовью на стороне. Мужчина не сумел бы все так тонко обставить. Только женщина способна подстроить все так искусно и убедительно, причем женщина, которая наверняка пережила все это на собственном опыте. Скорее всего — потаскушка.
Мысли его путались, перебивая друг друга… Камден известный охотник за юбками. Каждый сезон Флорида кишмя кишела такими мужчинами — молодыми бездельниками, которые женились на деньгах и у которых слюнки текли, когда рядом соблазняли такими пышными формами и узкими бикини, а Камден и ему подобные вынуждены были заботиться о своих старых и увядающих супругах.
Такое положение, судя по всему, ему надоело. Согласно брачному контракту, после смерти жены он наследовал двадцать пять тысяч долларов наличными, ее драгоценности и имение во Флориде — независимо от того, проживет он с ней тридцать лет или один год. Он ничего не выигрывал, если бы и дальше тянул эту лямку, а такой суммой, как 93 тысячи долларов, нельзя было пренебрегать…
Эймс неожиданно вспомнил, что при своих подсчетах забыл о «Морской птице». Яхта была приписана к Тампе и относилась к тем ценностям, которые тоже наследует Камден. Даже при вынужденной продаже с аукциона за нее дадут не менее двадцати — двадцати пяти тысяч, и наследство Камдена, стало быть, исчисляется общей суммой в сто тринадцать тысяч долларов.
Эймс презрительно скривил губы. Из такой суммы можно спокойно вычесть те пять тысяч, которые подсунули ему, чтобы и он поверил в случившееся.
Жаль вот только, что ему не удалось поговорить с Мэри Лоу и пяти минут. Может быть, она видела Камдена в «Бич-клубе» с одной из его девиц?
«Бич-клуб» стал настоящим Эльдорадо для парочек, которые боялись людей и света. Именно это и являлось одной из причин, по которой он, Эймс, не хотел, чтобы М^ри Лоу выступала в этом клубе.
Он присел на перила и вдохнул свежий морской воздух. Теперь уже только одно судно отделяло его от набережной. Наконец он забрался на пирс и прополз на четвереньках до склада. Его предположение о том, что шериф приказал, следить за «Салли»L оправдалось: на кокпите яхты, которая еще два дня назад принадлежала ему, временами вспыхивала красная точка — тлеющий огонек сигареты.
Эймс проскользнул вдоль боковой стороны склада и только спрыгнул с уступа, как в нос ему ударил дым дорогой сигары. На краю рампы сидел толстый корабельный маклер и смотрел в* сторону виллы Камденов. Он и Эймс одновременно заметили друг друга. Эймсом овладела досада. Горло сжал спазм. Он непроизвольно сунул в карман руку и схватился за револьвер.
— Вот это встреча! — изумленно сказал Шелдон. — А я-то думал, что они тебя уже схватили на Пайн-Kee. Если не ошибаюсь, тебя там видел старина Джо, когда ловил форель. Точнее, он видел человека в белой фуражке.
— Что ты здесь делаешь, Бен? — сдавленным голосом спросил
Эймс.
— Любуюсь «Морской птицей». Роскошная яхта, правда? Вот я и думаю, сколько запросит за нее Камден. Если он нуждается в наличных деньгах, то я смогу заполучить ее довольно дешево.
Эймс судорожно сжимал рукоятку револьвера. Ему было плевать на «Морскую птицу». Сейчас его заботило только одно.