— Вот уж хрен! — прошептал я, тихо матерясь про себя. — Как я вообще во всё это дерьмо ввязываюсь?
Аура дементоров давила нещадно и с десяток решили закусить не только Блэком, но и мною. Недопустимо. Изо всех сил сконцентрировался на симуляции самых счастливых эмоций, полностью отключился от негатива вредоносной ауры. Попутно начал принудительно раскачивать свою магию до максимума, который способен удержать без выброса. Вздёрнул палочку к небу. Обычный Патро́нус тут не подойдёт, а вот Пульс Патро́нуса, что требует лишь куда большего количества энергии и другой визуализации, с принудительным удержанием колдовства в точке…
— Экспе́кто Патро́нум.
Меня самого ослепил быстро разгорающийся голубой свет на кончике палочки. Я чувствовал, как в одной точке концентрировалось море магии, что я принудительно направляю в палочку, пропуская через призму «счастья». Вспышка — ударной волной расходится в стороны яркий голубой купол, рвущий и разгоняющий дементоров. Накопление и… ещё Вспышка. За ней ещё и ещё одна.
Внезапная резкая боль в правой половине тела сбила концентрацию, а огромная сила удара сбила меня на землю.
— Р–р–р…
От боли хотелось кричать. Ускорился и всадил в кого–то крупного пару Реду́кто, но почти без толка, тут же создав на голом желании избавиться от неведомого врага кучу кровавых клинков: из земли, воздуха, вокруг себя, из своих рук. Тяжесть ушла, творения из крови исчезли, но боль в боку, плече, руке, в ноге… В ушах пульсировала кровь, а до слуха доносился удаляющийся жалобный скулёж. Знакомый скулёж.
Ускорение от гемомантии вывело из болевого шока и вернуло в реальность после глубокой концентрации на позитивных эмоциях для Патро́нуса. Дементоров нет. Встал и осмотрел места ран. Половина правого бока кровоточила и через остатки порванной одежды видна вырванная плоть, сломанное ребро и ещё одно просто оголено. Пассивная гемомантия остановила кровь. Выглядело не очень, как след от больших челюстей. Правая рука пострадала меньше — только укус. Правая нога изодрана когтями. Рядом на снегу следы крови и больших лап, как у оборотня. Паники нет, есть лишь холодная ярость на себя и всех вокруг, но даже её я усмирил, спасибо окклюменции — проблемы надо решать, а не беситься.
— Ву́лнера Сане́нтур, — начал я водить вокруг ран палочкой, хоть и кровь остановил гемомантией. Однако, если потеряю сознание, то вместе с ним и контроль над способностью, и истеку кровью. А заклинание возвращает кровь в тело и закрывает раны даже от тёмной магии. Закрывает, но не лечит.
На снегу остались следы чужой крови — моя–то вернулась. Сбросив сумку на снег, открыл и начал искать всякие склянки. Есть у меня много пустых — с разделки василиска остались. Достав одну такую, телекинезом через палочку нагрёб туда снега, пропитавшегося чужой кровью. Найду — убью. Сейчас не в состоянии.
Прихрамывая, добрался до Блэка, постепенно приходящего в себя. Достал из так и висящей за левым плечом сумки голову Петтигрю и бросил перед Сириусом, что туманным взором смотрел на неё.
— Всё нужно делать за вас, — голос мой оказался малость хриплым и слова отрывисты. Больно дышать. — С тебя, Блэк, разрешение на передачу кольца.
Вынув из кармана кольцо, показал ему.
— Вот же… Пожирательский сынок… — прохрипел Блэк, перевернувшись на спину. — Отрекаюсь, забирай и проваливай…
Чёткое ощущение магии кольца в руке немного изменилось, и я понял одну простую вещь — оно моё. Появилось не менее чёткое понимание, на какой палец надеть — безымянный левой руки. Немедля, надел кольцо. Ничего особо не произошло, лишь кольцо стало впору, а было чуть велико.
До слуха начали доноситься голоса людей.
— Не помри, Блэк, — достав из сумки палочку Петтигрю, бросил её перед Блэком.
Не прощаясь, наложил на себя чары сокрытия и под усилением от гемомантии побежал в сторону замка, на слух стараясь держаться подальше от преследователей. С каждой минутой двигаться становилось тяжелее, а нарастающая боль становилась невыносима.
Ворота замка оставались, как и прежде открыты и я без труда проник обратно, спешно двигаясь в сторону Тайной Комнаты.
Только попав всё в тот же зал с полом из костей, я дал волю чувствам, с размаха, с магией и кровью ударив правой рукой по стене. Треск стены, ленты крови, каменная крошка и облачко пыли.
— Зараза… Держи себя в руках. Без эмоций. Без эмоций, лишь разум.
Ещё раз осмотрев повреждения от челюстей оборотня, я начал буквально поливать себя различными чарами на обеззараживание и заживление — не от ликантропии, от банальной грязи. Заражение ликантропией неизбежно, а лечение лишь смягчит последствия — буду болеть раз в месяц. Сильно болеть, становясь этаким магическим и физическим инвалидом. Однако, отсутствие лечения подобного не сделает, а насчёт самого факта обращения в волка — у меня есть месяц. Месяц, чтобы решить этот вопрос.