Сидя на стуле напротив портрета леди Вальбурги в доме на Гриммо я размышлял о простой, казалось бы, вещи — о медальоне Слизерина. Мне не хотелось бы вызывать лишних вопросов у портрета этой леди, внаглую и без повода приказав Кричеру принести эту безделушку. Да и, откровенно говоря, я ещё не придумал что можно сделать с этим медальоном. По–хорошему, его бы просто уничтожить, и скорее всего я так и поступлю. Но сейчас, или чуть позже? Ладно, в сторону эти размышления, а то леди Вальбурга уже как–то подозрительно на меня смотрит. Даже Кричер под шумок смылся.
— Леди Вальбурга, у меня есть к вам несколько вопросов, которые просто обязательно должны мы обсудить.
— Что же, Макс, задавай, — леди закурила свою бесконечную нарисованную сигарету, удобно устроившись в не менее нарисованном кресле.
— Как вы могли догадаться, — я показал перстень главы, так же называемого Лордом. — Я встретил Сириуса и пришёл к некоему соглашению о передаче перстня. Тот от него отрёкся с невероятной лёгкостью и даже радостью.
Вальбурга на портрете лишь покачала печально головой.
— Однако, Сириус обмолвился о том, что плевать на кольцо, он «уже оформил что–то». Как думаете, что это может быть?
Задумчиво неаристократично пуская кольца табачного дыма, леди Вальбурга размышляла с десяток секунд.
— Завещание или иная перепись имущества. Но беспокоиться не о чем. Имущество рода так не передать, по крайней мере без согласия всех его членов, а наследование титула внутри семьи вообще так не делается. Таким образом этот предатель может передать лишь своё личное имущество. Подобным образом Альфард передал ему свой дом и накопления.
— То есть, по факту, из меня можно попытаться выбить согласие на передачу имущества рода кому–то другому?
— Теоретически, — кивнула Вальбурга. — Значит, тебе следует быть вдвойне осторожнее. Единственное, что нельзя каким–то образом передать, и что останется недоступным ни для кого в случае полного вымирания — этот дом и его содержимое. Конечно же, различную мелочь можно вынести и продать, а вещи выбросить, подарить. Но это должен сделать Блэк, а не кто–то другой, будь у него хоть сколько прав. Последний рубеж, и он не продаётся.
— Ясно. Что делать с Сириусом?
— А сам как думаешь?
— Всячески оградиться.
— Правильно.
— Честно сказать, я беспокоился о том, что вы будете не согласны.
— Я всего лишь портрет, Макс, — слабо улыбнулась Вальбурга. — Я, конечно, могу и покричать, и мнение своё высказать. Безусловно, мне бы хотелось, чтобы Сириус исправился, взялся за ум и всё такое прочее… Но ты ведь понимаешь, что его уже не исправить? Даже если он пересилит себя и займётся родом, то не искренне, без желания, а это сделает только хуже. Хочется сказать, что тяжелые времена прошли, но нет. Миновал кризис! А тяжелые времена только наступают и присутствие такого нестабильного и непредсказуемого фактора, как Сириус, может сделать только хуже.
— А можно как–то закрыть доступ в этот дом?
— Безусловно. Кричер всё сделает, можешь не беспокоиться. Но если тебе интересно, то вся нужная литература находится в библиотеке, а с механизмом управления защитой дома тебя ознакомит Кричер. Однако это вопрос сложный и не быстрый и я бы рекомендовала пока не тратить на это время.
— Хорошо.
Кричер с хлопком появился рядом, тут же материализуя стол и организовав чай с печеньками.
— Спасибо, — коротко кивнул я. Домовик же пристроился незаметной тенью в уголке. Пытается привыкнуть к моей магии? Интересно, кстати, а почему он меня боялся?
— Кричер! — резко заговорила Вальбурга с портрета. — Запретишь доступ в дом для всех, кроме Лорда Блэк. А ты, Макс, — уже мягче, обычным тоном, — привыкай командовать этим домовиком.
— Хорошо, я вас понял. У меня ещё остались вопросы. Как можно подготовиться к встрече с леди Гринграсс?
— Прилично одеться. Кстати, ты не рассказал о письме.
— Да ничего особенного. Леди Гринграсс ответила быстро и назначила встречу в Авалоне на завтра, на ланч.
— В Авалоне, значит? — задумалась Вальбурга. — Возьмёшь на всякий случай деньги и обязательно обратишь внимание на кольца её левой руки. Если будет перстень главы, то встреча сугубо деловая и платит она. Если нет — ты, как хоть и юный, но джентльмен.
— Это вообще нормально, носить такие регалии, но не показывать? — спросил, отпив горячего чая, вернув чашечку на столик и покрутив кольцо Блэков на пальце.