Я присел рядом с Гермионой и почесал вяло сопротивляющуюся кошку за ушком. Пара минут, и кошка вальяжно разлеглась на коленях девушки, тихонечко мурча.
Внезапно кошка подняла голову и посмотрела в сторону двери, соскочила с колен Гермионы и довольно быстро скрылась в неизвестном направлении, сильно нас этим озадачив — класс–то был закрыт.
Дверь открылась, явив нам профессора МакГонагалл.
— Мистер Найт, мисс Грейнджер.
— Профессор, — мы встали и уважительно кивнули в приветствии — трансфигурации у нас пока не было.
— Вас вызывает к себе директор, мистер Найт. Вам требуется моё присутствие?
— Нет, профессор.
— Хорошо. Сегодня директор отдаёт предпочтение сахарным тянучкам.
С этими словами профессор окинула класс взглядом, оценив сваленные в углу мишени и прочий трансфигурированный хлам, и покинула класс.
— Я тогда в гостиную пойду, — Гермиона начала отменять трансфигурацию предметов, попутно приводя класс в порядок.
— Провожу тебя. Всё равно по пути.
— Хорошо.
Быстренько восстановив причинённый классу ущерб, мы дошли до портрета Полной Дамы, откуда я уже один отправился до кабинета директора.
Неизменная статуя горгульи охраняла в нише проход до кабинета директора.
— Сахарные тянучки, — тихо назвал я пароль, а горгулья начала поворачиваться, опускаясь вниз, открывая тем самым ход на винтовую лестницу наверх, поднявшись по которой я постучал в дверь кабинета директора.
— Не заперто, — раздался приглушенный дверью голос Дамблдора, и я зашёл внутрь.
Кабинет директора не меняется. Всё такой же просторный, с разными магическими штуками на столах и шкафах. Немного мрачный из–за тёмного времени суток. Мрачный и тёмный, но каждый уголок этого кабинета был достаточно хорошо освещён. Директор стоял в дальнем углу кабинета, возле чаши с водой на каменном постаменте, а вокруг постамента, вплотную к нему, стояли высокие зеркала.
— Проходите, присаживайтесь, — указал рукой на кресло возле своего стола директор.
Пройдя до кресла и сев в него, я поглядывал на феникса, что сидел на своём насесте рядом с креслом директора. Фоукс так же смотрел на меня изучающе, периодически отвлекаясь на поедание орешков в блюдечке.
— Ну что же… — заговорил Дамблдор, подойдя к своему креслу и присаживаясь. — Скажу вам, мистер Найт, вы удивили меня и профессоров, распутав Возрастную линию. Вы проявили неординарную магическую чувствительность. Позвольте угадать — именно для этого вам нужна вторая палочка? И она вам совсем не подходит?
— Вы правы, директор.
Тут в кабинет забежала белая кошка, на ходу превратившись в леди Гринграсс. Не в платье, а в том брючном костюме для тренировок и в довольно странном тканевом плаще с множеством почти незаметных рунных и символьных вышивок.
— А, миссис Гринграсс, вы как раз вовремя, — жестом руки директор пододвинул из глубин кабинета ещё одно кресло, и Дельфина поспешила его занять.
— Вы же не против, если я посвящу мистера Найта в некоторые наши… проблемы? — спросил директор.
— Я только «за», профессор.
— Прекрасно, — что занятно, директор не улыбался. — Начну, пожалуй, с лимонных долек. Не желаете? Чаю?
— Не откажусь, — кивнул я, как и леди Гринграсс.
— Чудесно.
Очередным жестом руки, директор отлевитировал откуда–то чайный сервиз и высокую тарелочку с лимонными дольками.
«Интересно, в дольках что–то есть?»
Вот и узнаем.
Левитирующий по воздуху заварник быстро разлил чай по трём чашечкам, а в воздухе явственно повеяло бергамотом.
— Классика. Всегда любил цитрусовые, — впервые улыбнулся директор, беря со стола чашечку чая и вдыхая аромат. — Угощайтесь.
Взяв по дольке и пригубив чая, мы внимательно посмотрели на директора, что на миг прикрыл глаза.
«Мармелад с сахаром. Как–то даже не интересно».
— Итак, — заговорил директор. — Мистер Найт. Я не могу дать вам допуск в запретную секцию лишь потому, что вы стали чемпионом. Однако… Профессор Флитвик, вы знаете, в который уже раз задумал совершить грандиозный прорыв. Очень сложная и объёмная тема, эти накопители. Но мы с вами понимаем, что всё новое — хорошо забытое старое. А значит, вам нужно как следует изучить самые разные материалы, которые только можно найти в Запретной Секции. Конечно же, всё для проекта профессора, но кто знает, в какой книге может найтись что–то важное?
— Я вас понял, директор. Благодарю.
— Не стоит, — отмахнулся он. — Теперь, что касается присутствия здесь миссис Гринграсс. Сразу несколько факторов, некоторые из которых не самые приятные, повлияли на такое решение. Не желаете сами рассказать?