Стоило вернуть леди вертикальное положение, а мне прошипеть на парселтанге, чтобы проход на том конце закрылся, как мы не сговариваясь молча наколдовали по Люмосу, отправив шарики света летать над головами, и отправились дальше по большим круглым коридорам подземелий.
— Никогда здесь не была. Как я понимаю, это Тайная Комната Слизерина?
— Именно.
— Довольно холодное место. Это хорошо.
— Чем?
— Не будет жарко.
— Но разве не будет в холоде некомфортно обучаться? — задала резонный вопрос Гермиона.
— Поставили палатку, да и всё, — как само собой разумеющееся подметила леди Гринграсс, вызвав у меня острую головную боль от собственной несообразительности. Я ведь таскался сюда всё время так, налегке.
— Неужели вы не додумались?
— Я тут вообще один раз была. При… Экстренных обстоятельствах, — оправдалась Гермиона, и взгляд Дельфины упёрся в меня.
— Я дурак, мне можно.
— Не говори так. В волшебном мире слова имеют удивительно мерзкую особенность влиять на реальность.
— А, тогда я умный, просто не обратил внимания.
Дойдя до огромной круглой двери со змеями, я вновь прошипел на парселтанге, активировав механизмы, и дверь открылась. Дельфина с почти незаметным благоговением зашла в огромный мрачный зал, посреди которого валялись так и не начавшие разлагаться остатки василиска. Только сейчас я вспомнил, что у меня осталась неиспользованная шкура этой химеры, но опять же, в Хогвартсе проверить его свойства не представляется возможным.
Гулкое эхо наших шагов перекатывалось под сводами зала. Дельфина дошла до середины того места, где проходил ритуал, достала палочку и начала выписывать вокруг себя непонятные мне пассы, тихо что–то напевая. Мы с Гермионой стояли смирно, не отвлекая, стараясь прочувствовать магию. Через минуту Дельфина жестом палочки сдвинула в сторону остатки василиска, а ещё одним жестом, восстановила схему ритуала, начав её придирчиво изучать.
— Знаешь, Макс, — задумчиво заговорила Дельфина, продолжая осматривать схему. — Я не верила до конца, когда ты мне рассказал об этом ритуале. Но сейчас… Ты совершенно сумасшедший гений, если смог просчитать вот это за месяц. Я, конечно, вижу пару моментов для оптимизации… Но… Разобрать себя до частиц и собрать заново на основе души… Это совершеннейший бред! Как ты вообще до этого додумался?
— Ну, мне показалось это хорошей идеей. Да и результат неплох.
— Тебе повезло, по большому счёту. Хотя, сложно сказать. Так, нужно проверить сам зал… Невероятно… Комната Слизерина…
Дельфина вновь начала совершать пассы палочкой, но на этот раз всё закончилось много быстрее.
— Полностью изолирован магически. Очень хорошо. Но некоторые ограничения всё равно остаются. Многие ритуалы запрещены в Хогвартсе самими основателями. Даже в те времена, это была лишь школа, задача которой дать качественное базовое образование, а узкоспециализированное образование уже давали мастера и гильдии. Так было всегда.
— Но не проще ли создать высшее учебное заведение, как у обычных людей? — тут же поинтересовалась Гермиона, поёжившись от холода.
— Для кого? — с усмешкой ответила Дельфина, подходя к нам. — Волшебников не так уж и много в стране, не больше десятка тысяч. Как думаете, сколько с одного выпуска из Хогвартса решат учиться чему–то дальше, а не пойти, к примеру, в министерство, или торговать к кому в лавку, или заняться ещё чем–нибудь? Единицы. Ещё несколько человек отправятся в Академию Аврората или ДМП, один с нескольких курсов сможет пробиться в Отдел Тайн, а дальше… Всё. Тупик. Девять из десяти девушек в течение нескольких лет оказываются замужем и начинают заниматься домашними делами, иногда помогая мужу или семье в бизнесе и прочих делах. Среди парней картина примерно та же. В министерстве большинство должностей тупиковые в плане личного роста как волшебника, а различные ремесленные направления в бизнесе под крылом других семей и обучают они крайне узкоспециализированных специалистов. Кто–то уходит в торговлю, делопроизводство и прочие социальные активности, опять же останавливаясь в развитии как волшебники. И так практически во всех странах, разве–что пропорции несколько колеблются в ту или иную сторону. Международная Конфедерация Магов ещё в прошлом столетии пыталась реализовать идею международного университета, где все страждущие умы могли бы заняться дальнейшим обучением и наукой, но идея умерла в зародыше. Из–за малочисленности волшебников до сих пор актуальна только одна система подобия высшего образования — личное наставничество.