«Возможна ментальная перегрузка. Надеюсь, мы будем вести».
Не только Ровена, но и я сам начал усиливаться на максимум всех возможностей, вкачивая целое море магии в заклинания. Вскочив, запустил чертовски перенасыщенный магией Сту́пефай, разлетевшийся аж четырьмя десятками быстрых сгустков.
«Побуду твоей бортовой системой наведения. Магичь дальше».
Отдав контроль наведения сознанию Ровены, ушёл в трансгрессию и максимально быстро подлетел к уже образовывавшемуся вокруг Поттера и Волдеморта куполу света. Я не Дамблдор, но кое–что могу, да.
Ещё не выйдя полностью из трансгрессии, окружённый чёрным дымом, крутнулся на месте, словно чертя палочкой линию у ног Пожирателей Смерти.
— Проте́го Дьябо́лика.
«А ты не размениваешься по мелочам, да?»
Яркое голубое пламя на пару метров взметнулось к небу, отгораживая меня, Гарри и Волдеморта от Пожирателей, ещё только начавших отбиваться от внезапных Сту́пефаев, градом валящихся на них. В суть фильтра заклинания вложил: «Пройдут только я, Кубок Огня и Гарри Поттер. Сожги Генри Гринграсса».
Тут же вновь ушёл в трансгрессию, проникая под купол Прио́ри Инканта́тем, и выпуская в сторону Волдеморта мощную ударную волну из Гримуара — Вэ́глифт. Эта сходная с искажением пространства волна разорвала связь палочек Волдеморта и Поттера. Ава́да ушла в небо, а Экспелиа́рмус в землю. Не выходя из трансгрессии и пока шокированный вообще всем происходящим Волдеморт не оклемался, рванул чёрным дымом к Поттеру, забирая и его в трансгрессию.
— А́кцио, Кубок Огня.
Пришлось пролететь с Поттером в трансгрессии около метра, прежде чем в материализованную руку влетел Кубок и нас вновь понесло портключом.
***
Волшебники на судейской трибуне, как и все остальные зрители, пребывали в шоке от происходящего на третьем испытании Турнира Трёх Волшебников. Сначала был выведен из строя голем–наблюдатель Виктора Крама, а через минуту и у Флёр Делакур. Само собой, все сразу сфокусировали внимание на показывающие приключения Поттера и Найта экраны. Единственное жаль, что звука не было. Вот Поттер и Найт одновременно сменили направление движения, а ведь Гарри только–только, под вздохи и ахи публики, с трудом справился с чудными химерами Хагрида. Полувеликан ласково называет их «Соплохвостушки», безобидные зверушки.
Когда экран Поттера показал бессознательную и со следами сильных повреждений Флёр, публика ахнула. Когда Найт превратился в чёрную пантеру с кошачьей шлейкой и кобурой, публика засмеялась, а когда немногие узнали в заклинании Крама Кру́цио, ведь Грюм показывал, публика замолчала в шоке.
Когда Найт добрался до Кубка, публика недоумевала от его забав с пуговицей, а когда они поняли, что он с Поттером решили взять кубок одновременно, возликовали.
— Возмутительно, — посетовал Фадж, а сидящий рядом Дамблдор лишь ухмылялся в бороду. Лимонные дольки вам всем, а не «обставить Хогвартс и наглого старикашку».
Однако, кубок перенёс чемпионов вовсе не на пятак перед трибунами, где им бы воздали соответствующие почести. Вместо этого, через единственного уцелевшего, но потерявшего возможность летать голема, все увидели безлюдное и пугающее кладбище, луну и звёздное небо.
— Что происходит, Дамблдор? — возмутился Фадж, да и остальные судьи вместе со зрителями ожидали ответа.
— Представления не имею, Корнелиус, и это мне не нравится. Куда перенеслись мальчики? — обратился Дамблдор к засуетившимся сотрудникам министерства, которые, собственно, всё это и организовывали.
— Мы не знаем, директор, министр, сэры. Мы не можем отследить кубок.
— Это плохо.
Когда неизвестный в чёрном капюшоне выпустил уже знакомый всем луч Ава́ды в Макса, никто не проронил и звука. Все смотрели с шоком, и лишь сидевшая рядом с Гермионой Грейнджер неизвестная никому здесь девушка что–то прошептала.
— Он жив. Контракт, — услышала лишь Гермиона. Осознание катастрофы ещё не пришло, но уже отпустило, позволив девушке выдохнуть.
— Леди Гр… — хотела та обратиться к неизвестной соседке, но та лишь приложила палец к губам, вернувшись к просмотру.
А на экране события разворачивались одно страшнее другого. Фадж скрипел зубами и поливал словесным дерьмом Дамблдора, за что получил Силе́нцио и просьбу «не нагнетать». Директор в свою очередь быстро раздавал указания то и дело подбегающим сотрудникам министерства и аврорам.
Вот неведомый и страшный ритуал завершился и появился тот кого меньше всего ожидали увидеть. Немногие из присутствующих знают, как выглядел Волдеморт.