— Я уже донёс до них эту мысль. Тем же самым занимается и Гермиона.
— Правильно. Если Тёмный Лорд вернёт себе власть или захватит Министерство, первым делом умрут родственники–магглы, опекуны и прочие. Следом задавят магглорождённых, сильно ограничив тех в правах. Сопротивление будет равно смерти.
— Чтобы все были довольны — расстрелять недовольных?
— Именно.
— Допустим. Что делать мне?
— Изучать книги, которые подготовил Кричер. Привести в порядок некоторые дела рода и вообще, ознакомиться с ними. Безусловно, перед смертью я всё организовала так, чтобы хоть десять, хоть сто лет, ничего плохого не случилось, но всё же.
— Ясно. Тогда я приступаю немедленно.
— Кричер!
С характерным звуком рядом появился старый домовик, тут же поклонившись.
— Ты подготовил старый кабинет Ориона?
— Да, госпожа Вальбурга. Кричер всё сделал…
— Проводи Макса туда и покажи, что где находится.
Кричер поклонился и повёл меня по лестнице наверх. Поднявшись на третий этаж, мы свернули к большой тёмной резной двери с солидной ручкой. Кричер аккуратно открыл дверь и знаком показал проходить.
Кабинет был хорош. Массивная деревянная мебель, но резные узоры не вычурные, редкие и аккуратные. Шкафы с книгами, шкаф с бокалами и напитками, диваны и кресла. На большом деревянном столе в дальней части кабинета стояли несколько артефактов, чернильница и перья на подставке, а кресло, кресло какое! Кожаное, удобное, массивное. Во всём чувствуется основательность и долговечность, а уже после того, как Кричер привёл дом в порядок, всё выглядит как новое, но при этом сохранившее и передающее дух старины. Казалось, будто только вчера кто–то сидел на диване напротив стола, а Орион Блэк подписывал очередной документ.
Кричер проводил меня к столу и пока я устраивался поудобнее, начал выкладывать передо мной книги, а когда стопка из них начала угрожающе покачиваться, перешёл к выкладыванию различных папок с пергаментами и вполне обычными листами бумаги. Куча всё росла и росла, но Кричер успокоился лишь тогда, когда я уже с трудом мог видеть гипотетического собеседника в кресле напротив.
— Это все документы и книги, уважаемый глава, — поклонился домовик. — Если что–то потребуется, обязательно зовите недостойного Кричера.
И исчез.
— Похоже… Все те годы в Запретной Секции я готовился именно к этому моменту.
Тяжелый вздох вырвался сам по себе, и я протянул руку к первой книге.
— Поехали…
***
Дела Рода — звучит значимо! Однако на бумаге всё оказалось намного прозаичнее. Это просто огромный ворох самых разных договоров. По всем этим бесконечным папкам можно проследить историю рода аж в несколько веков. Первые документы они начали составлять ещё в далёком тринадцатом веке. Пергаменты договоров перемежались личными записями волшебников, что было довольно интересно. Правда, среднеанглийский вызывает головную боль несмотря на некоторый опыт работы с ним ещё из библиотеки Хогвартса.
Ближе к пятнадцатому веку документация стала более структурированной и менее похожей на поэмы. Кто, сколько и за что получил, что и кому продал, кто с кем переженился и на каких условиях — тут можно было увидеть вообще всё. В каких междоусобицах обычных людей, феодалов, принимали участие, на чьей стороне, кто из волшебников был против, полученный гешефт и всякое прочее. Тут были и мелкие договоры с различными только основавшимися в те времена семьями волшебников, договоры с герцогами на оказание различного рода услуг… Да тут история, о которой никто толком не знает!
Вот, к примеру, ни для кого не секрет, что в средние века у англичан и французов была этакая традиция — воевать чуть ли не каждые сто лет. Так род Блэк, наряду с несколькими другими, принимал активное участие в трёх таких войнах и в «столетней» в том числе. Правда, в этой серии боестолкновений принимали участие где–то четверть семей — там и боевики, и лекари, и диверсанты всякие… И всё есть тут. Блэки, по сути, за три века успели отметиться почти во всей Европе, а не только на британских островах и французских побережьях. И отовсюду что–то привозили. Иногда привозили домой лишь вести о смерти членов семьи, но это была редкость.
Самое интересное, что можно было узнать из этих документов, заключается в другом. Во времена до Статута Секретности в обиходе волшебников были распространены довольно грубые и масштабные магические манипуляции. Различная малефицистика, некромантия и некромагия. Популярна была алхимия. Волшебники не скрывались, а деятельность их упиралась в помощь союзникам на поле боя, защита большого числа людей или наоборот, их ослабление. Именно в те времена и появилось Проте́го Дьябо́лика — один тёмный колдун с его помощью, принеся в жертву десяток пленных для большей магической энергии, помог союзным войскам отступить при какой–то битве, к сожалению, не указано, какой именно. Правда, многие такие воздействия были неявными, дабы противник не уличил в использовании магии и не начал подтягивать уже своих волшебников, превращая войны в фарс. Это как ядерное оружие — оно есть, им можно погрозить, но лучше не применять. В быту волшебники тоже находили применение — наложить порчу соседу–феодалу на земли, или наоборот, снять, или даже улучшить урожай. Лекарей, травников и зельеваров разных мастей было вообще море, а о некоторых даже не знали, что они волшебники.