— При текущей прогрессии развития и распространения проклятья… Не дольше года.
Дамблдор согласно кивнул.
— А я вам говорил, — вновь сказал профессор Снейп.
— Не сейчас, Северус. Позволь мне переговорить с мистером Найтом наедине.
Снейп постоял пару секунд, сверля взглядом нас обоих.
— Я буду у себя, — резко выдал он, и развернувшись, покинул кабинет.
Директор расслабленно откинулся на спинку кресла и с десяток секунд помолчал.
— Вам наверняка интересно, как я умудрился оказаться в столь неприглядной ситуации?
— Совру, если скажу, что «нет».
Дамблдор одним взглядом указал мне на кресло напротив его стола, в которое я сразу сел.
— Помните, в прошлом году, ваша наставница поведала о сути одного предмета?
— Крестраж, — кивнул я.
— Именно. Крестраж Волдеморта. Тома Реддла. Только тогда я понял, в чём именно причина его бессмертия. Я и подумать не мог… Думаю, никто не мог. Но возник вопрос — как же кусочек души Волдеморта попал в Гарри? Долгие поиски информации привели меня к неутешительным выводам. Такое могло произойти с волшебником от попадания Авады лишь в том случае, если его душа была многократно расколота. Но сколько? Этот вопрос пока остаётся открытым.
Директор повернул голову к окну, глядя на луну.
— Долгие поиски, воспоминания, анализ… Они привели меня к одному из крестражей, но защита оказалась слишком хитра и сильна, а вкупе с предметом… — директор посмотрел на меня. — Вы верите в сказки, мистер Найт?
— Я верю в то, директор, что не бывает дыма без огня.
Дамблдор улыбнулся в бороду, открыл шкафчик и достал оттуда кольцо с чёрным камнем.
— Родовой перстень Гонтов. Именно к этому роду принадлежит Том Реддл. После создания из него крестража, оно перестало иметь ценность как родовое, но камень… Вы читали сказки Барда Бидля?
— Воскрешающий Камень?
— Да. Это именно он. У каждого человека, мистер Найт, с возрастом накапливается груз ошибок и сожалений. Некоторые незначительны, а другие же терзают его до самой смерти. Магия крестража, знание сути камня… Они оказались сильнее. Именно на кольце было это проклятье.
Дамблдор подобрался на кресле, занимая более серьёзную позу.
— На данный момент, крестраж в этом кольце уничтожен.
— Это хорошо, наверное. Но скажите, директор, зачем вы говорите это мне?
— Причина проста, мистер Найт. Гарри Поттер. У мистера Поттера крайне непростая судьба, отчасти по моей вине. Но куда хуже то, что ему предстоит. Есть причины, необоримые причины, по которым именно он должен сразиться с Тёмным Лордом и одержать верх. Либо не одержать.
— Необоримые причины?
— Да. Это невозможно изменить…
— Пророчество? Истинное пророчество, я прав?
— Я не хотел это вам говорить.
— Если бы не хотели, не сказали бы «необоримые». Только услышанное кем–то истинное пророчество способно сделать любые причины «необоримыми».
— Да, вы правы, мистер Найт. Летом я смог выйти на Ложу Некромантов и обсудить проблему мистера Поттера. Извлечение крестража из живого человека после стольких лет является абсолютно невозможным. Шанс выжить у мистера Поттера есть только в случае его добровольной смерти от Ава́ды Тома. Но в дальнейшем… Именно Гарри должен будет победить Тома, если выживет. А если нет… Тома будет некому победить. Он приведёт Англию к катастрофе, но никто из сильных мира сего не вмешается, пока не будет слишком поздно. Я уверен, что Том, придя к власти, рано или поздно поставит мир на грань новой войны, но уже не такой, что были в прошлом. Войны магов и обычных людей.
Директор немного помолчал, глядя на меня.
— Я знаю, что вы, мистер Найт, не будете без особой нужды вмешиваться в подобные вещи, но также я знаю и то, что вы желаете постигать магию в самых её предельных ипостасях. Я хотел бы попросить вас оказать помощь мистеру Поттеру, когда дело дойдёт до… До дела, как бы это ни звучало. Помимо того, что это выгодно вам, так и я окажу вам услугу, которую, поверьте, сложно переоценить.
— Какую же, позвольте спросить?
— Я познакомлю вас с волшебником, на которого вы вряд ли когда–нибудь сможете выйти. Если вы сможете уговорить его учить вас, то поверьте, он обучит тому, что никто не знает.
— Вы меня заинтриговали, директор.
— У меня нет другого выбора. Совершенно никто из сильных мира сего, да и не очень сильных, не хочет и не будет помогать Англии и нам в решении назревающего конфликта. Волшебники давно живут анклавами и бурлящий котёл в соседнем анклаве их не интересует ровно до тех пор, пока не обещает капитально их забрызгать.