— Может, ты нас поучишь? — спросила Джинни, высунувшись из толпы.
— Нет. У меня попросту нет времени. В учебниках есть абсолютно всё. Я тоже учил по ним. Демонстрации требует только Проте́го, но на это у вас есть ребята с седьмого курса.
Я отправился обратно на диван к Гермионе, а толпа учеников вновь начала разбиваться на группы и что–то активно обсуждать. Не прошло и двух минут, как они довольно быстро разбились на два состава — одни ищут книги в шкафах, а другие тренируются. Те, кто нашли книги, начинали выписывать заклинания и инструкции, а потом множить пергаменты с ними. Вряд ли их запала хватит надолго, но если они выучат хотя бы скрывающие чары и защитные комплексы, то возможно смогут продержаться до прибытия подмоги, если ввяжутся в какую–нибудь авантюру.
На краткий миг в моей голове пробежали мысли о скуке, и я достал из внутреннего кармана мантии Сквозное Зеркальце, молчавшее всё это время. Стукнув по нему палочкой, отправил сигнал на тот конец. Минута, две, и вот в зеркальце появилось лицо Нимфадоры.
— Привет, кузен, — улыбнулась она, сменив цвет волос с розового на фиолетовый. — Что–то долго ты весточку не отсылал.
— Как и ты. Говорить можешь?
— Да, но недолго. Работы море, да и… эм… Орден отнимает всё свободное время. С ног валюсь. Как и все мы.
— Что за движуха в министерстве? Что вообще происходит?
— О–о–о! Что тут происходит! — на лице Нимфадоры появилось притворное восхищение. — Министр всячески продвигает историю о сумасшествии директора и Поттера. По Аврорату прошёл приказ на запрет обучать защитной и атакующей магии родственников, учащихся в Хогвартсе. Та же история в ДМП. Боунс рвёт и мечет, но сделать ничего не может. Почти всех, кто подозревается в связях с директором погнали с постов или временно отстранили. Фадж в самом деле боится, что директор набирает и обучает свою армию в Хогвартсе! Ты не представляешь, какие слухи курсируют по министерству.
— Есть какая активность Лорда и ПСов?
— Вообще глухо. Есть только подозрения. За две недели у нас появились семь висяков о пропаже магглорождённых и полукровок. Семь, Макс! В год–то, не дай Мерлин, один–два появляются, и то обычно через неделю выясняется, что они просто забухали где–то. Участились выезды Обливиаторов, причём дела крупные, но все молчат — секретность.
— А что за магглорождённые?
— Безработные или вернувшиеся. Половина, почти точно можно сказать, просто уехали из страны по–тихому. А вот два случая — чистая пропажа со следами магии. Передай там в Хоге знакомым из волшебников во втором поколении, чтобы те передали родственникам, чтобы в магический мир не ходили. Всё слишком непонятно.
— Ясно. Как остальные, как тётя Анди?
— Да как–как… Нормально. Мама в работе целиком и полностью. Грюм бесится со скуки — его отстранили с концами. А в целом — много работы. Несколько раз была подозрительная активность в Отделе Тайн. Тревога срабатывала, но всё чисто. По крайней мере по отчётам. Я всё ещё в младшем звене, так что сам понимаешь — не докладывают.
— Понятно. Получается, Министерство в самом деле боится детей?
— Сама в шоке! — улыбалась Нимфадора. — Там кого бояться–то? Я вон, помню, СОВ и ЖАБА чуть ли не с отличием сдала, думала — талант, гений, всё знаю. Ага, куда там! В Академии мне очень доходчиво показали всю несостоятельность меня, как волшебницы, и тем более — как боевика. Мне кажется, Фадж это всё тоже понимает, но через Амбридж пытается просто заставить вас подставить Дамблдора. Так, ладно, мне пора… Работа.
Изображение Нимфадоры в зеркальце пропало, и я убрал его в карман мантии.
— Хорошо, — заговорила Гермиона, вновь положив голову мне на плечо, — что мы родителей убедили уехать. Вряд ли бы их кто–то тронул, но мало ли.
— Правильно. Как говорится: «В Аллаха верь, но верблюда привязывай».
— Хм… Занятная фраза.
Когда пришла пора «Армии Дамблдора» расходиться, мы с Гермионой незаметно наложили на себя комплекс скрывающих чар и покинули Выручай–Комнату. Проводив девушку до гостиной факультета, я решил наведаться к директору. Однако, мои желания не всегда совпадают с ситуацией вокруг, и директора, похоже, не было на месте. Зато, ко мне прямо в коридоре прилетела сова. Обычная такая, а судя по мешочку на лапке — с почты. В другой лапке было небольшое письмо.