Однако, контракт «наставник–ученик» уже позволяет брать наставнику ответственность за деятельность ученика на себя, но при этом он вправе и отказаться от этой ответственности. А вот мастерский контракт не позволяет отказываться, если ученик не в состоянии сам ответить за свои поступки и решения. Ещё одно отличие контракта наставника с учеником — возможность последнего заключать другие контракты на обучение, а вот у мастера учиться можно лишь у одного, а дисциплины оформлять в договоре сразу. Как мне кажется, подобное ограничение введено гильдиями, чтобы мастера искали каждый своего ученика, пополняя в итоге ряды гильдий, а не набрасывались все на одного. А может быть, и другая причина есть.
В общем, я быстро набросал на пергаменте договор, и вот же забавный факт — как ни смотри на эти пергаменты, они одинаковые! Нет, понятно, что именно такими они и должны быть, но одно дело — понимать, и совсем другое — видеть воочию.
Ровена, подруга дней моих суровых, можешь через тень повесить на них метки?
«Сейчас попробую… Тебе какие?»
Как в Гримуаре, ну, ты знаешь.
«Хм…» — я почувствовал лёгкое движение магии в теле. — «Сделано».
Я действительно почувствовал пятнадцать целей, находящихся пока что в разных углах замка. Теперь можно написать записку Гермионе, поставить подпись, заверить заклинанием, слепить по–быстрому конверт, вложить туда и контракт, и письмо, запечатать и вновь заверить заклинанием. Сугубо технически такие вещи можно подделать, потому я всегда сверяю ещё и магию. Думаю, Гермиона тоже так может, пусть и чувствительность её несколько ниже, но и магия моя ей более чем знакома. О, придумал!
— Тимми! — позвал я известную нам обоим домовушку, и та сразу появилась передо мной, изумлённо мотая головой из стороны в сторону. Потом она словно принюхалась и присмотрелась, почуяв мою магию, и только после этого глянула почти идеально на моё местоположение.
— Молодой волшебник-Найт звал Тимми? — тихо–тихо спросила она, даже немного подавшись вперёд. Вокруг никого не было, потому я не боялся таким образом раскрыть себя.
— Да. Передай, пожалуйста, это письмо Гермионе Грейнджер, ты её знаешь.
— Конечно же Тимми знает! — закивала домовушка, принимая письмо.
— Это же не запрещено?
— Конечно же нет! Тимми сейчас же выполнит просьбу молодого волшебника! — домовушка потрясла конвертом и исчезла.
Теперь остаётся только понять, почему произошло то, что произошло, и что вообще послужило тому причиной.
Быстрым бегом перемещаясь по замку, не желая тревожить трансгрессией систему оповещения, которая тут явно есть и за счёт которой так быстро отреагировал директор на наше с Дельфиной перемещение, я двигался в сторону скопления меток слизеринцев. Это оказалась просторная заброшенная аудитория, в которую, несмотря на чары приватности, заглушения и запирания дверей, я легко проник через тень, оказавшись в тёмном углу.
Как и положено заброшенному кабинету, повсюду стояли старые пыльные парты и стулья, но ближе к выходу, где и собрались слизеринцы, парты были почищены и на некоторых из них сидели ученики.
— Информация верна абсолютно, — Малфой поглядывал на собравшихся, сидя на одной из парт. — Этого поганца Найта сейчас нет в замке. Идеальное время, чтобы выполнить поручение Тёмного Лорда.
Старшекурсники переглянулись между собой, но никто из присутствующих, похоже, не замечал взгляда Нотта, полного некоего ожидания.
— Малфой, — заговорил один из них. — Что конкретно ты хочешь сделать, и при чём тут Грейнджер?
— Это очевидно, — Малфой повёл рукой в сторону. — А, тебя же тогда не было… Тёмный Лорд лично поручил мне донести до Гринграсс, что отказ их матери сотрудничать может привести к нежелательным последствиям. Припугнуть их как следует. А чтобы не распыляться на одно и то же, я решил в эту же ловушку заманить и эту поганую грязнокровку Грейнджер.