Сняв сумку с плеча, достал из неё очередной пустой пергамент, перо и чернила — тут магия не подойдёт. Быстро написал простенькое заявление от лица «Главы Рода Блэк» — именно так, и никак иначе. Суть заявления: «Отныне Максимилиан Найт имеет право заниматься всеми делами рода Блэк и представлять его интересы в Визенгамоте. Лорд Блэк». Вот и всё, а оттиск активированного и прошедшего идентификацию перстня главы работает вместо подписи.
Теперь я фактически могу делать всё, что нужно или должно, как фактический глава рода, но при этом являясь лишь его представителем, а это — социальный вес. Представитель самого себя. Занятно, но главное — работает. А что там у меня за кольцо — не каждый разберёт.
Прислонив пергамент к этому вот кристаллу кварца, придержал его через кольцо — кристалл кварца мигнул, пергамент исчез, но рядом с кристаллом появились ещё два. Один из них плавно улетел в неизвестном направлении, возможно, в какую–нибудь картотеку, а второй, судя по всему, предназначается мне.
Взяв пергамент и положив в сумку, поспешил покинуть министерство — времени оставалось впритык. Выбирался не в пример быстрее, и когда оставалось десять минут для того, чтобы вернуться в Хогвартс, я уже стоял на улице, глядя в ночное засвеченное небо над Лондоном. Аппарация — и вот я уже на границе с Хогвартсом. Чары сокрытия, максимальное ускорение и бегом, бегом. Правда, под максимальным ускорением я могу веником гонять тех, кто летает на «Молнии» — догонять и гонять, догонять и…
«Стресс негативно сказывается на твоём мыслительном процессе».
Стресс вообще негативно сказывается, хотя и без него никуда.
За три минуты до нужного времени я забежал в один из пустых тупиковых коридоров замка, вынул из кармана статуэтку Скитер и вернул ей человеческий облик. Не успела она возмутиться, как я навёл на неё палочку.
— Обли́виейт, — произнёс я вербальную формулу заклинания, вкладывая чёткую установку: «Стереть последний месяц». Без всякой выборки.
Глаза Риты остекленели, но этот процесс проходит очень быстро — десяток секунд. Вынув её вещи из своей сумки телекинезом, вернул ей палочку в специальный кармашек, надел на плечо сумку и под чарами сокрытия отправился к кабинету директора.
Оказался я перед горгульей ровно в тот момент, когда она отодвинулась в сторону, открывая проход на лестницу, по которой спускался Дамблдор.
— Я всё сделал, директор.
— Сделали что? — посмотрел он на меня с вопросом. — Вы знаете, мистер Найт, я спешу в больничное крыло. Возможно, вы захотели бы проведать свою подругу.
Если бы через пару секунд я не заметил хитрый блеск глаз директора, то подумал бы, что попал куда–то не туда.
— Ну и шуточки у вас.
Мы отправились в больничное крыло, а по дороге я незаметно для возможного наблюдателя вернул директору Хроноворот. Тот также незаметно, словно всю жизнь только и делал, что заточки под столом передавал, принял побрякушку и спрятал в рукаве своей лиловой мантии.
— Вы узнали что–нибудь интересное?
— Кроме того, что ничего действительно плохого не произошло, а Малфой больше не устраивает свой факультет в качестве лидера? Нет.
— Неудивительно, — покачал головой директор. — Это я о мистере Малфое. Учитывая его характер и способности, это был лишь вопрос времени, но, откровенно говоря, я предполагал подобное только курсе на шестом.
— Директор, можно вопрос?
Дамблдор кивнул, а мы вышли на лестничные пролёты.
— Почему вы не пользуетесь этой штучкой?
— Это лично ваше мнение, мистер Найт, — улыбнулся директор, но спустя секунду его улыбка пропала. — Самое страшное во владении этой вещью — непреодолимое желание попытаться исправить что–то. К примеру, вот случилась полчаса назад какая–то трагедия, а у вас в руках эта штучка. Вам кажется, что стоит всего–то крутнуть… Всего один оборот. Но беда в том, что это уже случилось, а значит и крутить — не имеет смысла. Решитесь крутнуть — но не справились, не успели, или вообще оказались виновником. Не крутнули, и кажется, будто допустили эту трагедию именно вы. При любом исходе груз вины сам забирается к тебе на плечи. Один раз, два, десять. Обладание таким артефактом — страшная пытка, ведь ничего нельзя изменить. Но вот в таких случаях, как ваш, как вы сами видите, он имеет определённую пользу.
В конце своей речи директор улыбнулся, а мы дошли до больничного крыла. Вновь пришлось пройти через ряды постанывающих раненых, фамилии особых «деятелей» из которых я запомнил, да… Хорошо запомнил.