— И как ты себе это представляешь? — вполне серьёзно возмутилась Тонкс, хотя по взгляду вижу, что тоже переживает за сложившуюся ситуацию. — Приду, такая, в министерство, и сразу к главе ДМП, за подписью?
— А хоть бы и так, — кивнул я.
— Я аврор младшего звена, Макс. У меня нет таких привилегий.
— Наглость — второе счастье. Возьми с собой Грюма и штурмуйте тот кабинет, какой нужно. Он хоть и поехавший крышей, но вхож во все двери. С меня услуга.
Тонкс явно представила себе этот процесс и ощутимо приуныла.
— С тебя пергамент с подписью, ведь от твоего лица будет заявление?
— Да, как от наставника пострадавшей.
— Наставника? Значит ты уже подмастерье? А в чём? — куда более живо поинтересовалась Нимфадора, пару раз сменив цвет волос.
— Мастер трансфигурации, мисс Тонкс, — я поднёс руку с кольцом.
— Оу… Вау! — Тонкс подпрыгнула с кровати. — Но… Как? Вау!
— Это наш с тобой секрет, Нимфадора.
Тонкс, услышав своё имя, собиралась возмутиться и даже волосы её стали алыми, но видя моё серьёзное лицо, лишь ухмыльнулась.
— Отлично, мастер Найт.
— И ещё. Неизвестно, решат ли две другие девушки, а точнее, их родственники, предавать всё огласке.
— Тогда два пергамента с подписью, шапкой «Заявление», на имя Начальника Департамента Магического Правопорядка Амелии Боунс, с изложением событий и сути заявления по обоим вариантам. Прилагаемые документы?
— Сообщу позже.
— Хорошо. Пиши, заполняй, отправляй. Когда определишься со списком документов и приложений — отправляй заверенные копии, припишем. Остальное я заполню по дороге.
— Отлично. На связи.
Закрыв зеркальце, огляделся — почти дошёл до нужного многоквартирного дома. Похоже, не только Блэки поселились в своё время в городе. Нужный дом был чем–то похож на тот, что на Гриммо, но при этом райончик был явно побогаче, а фасады — ухоженнее. Свежие оконные рамы, чистые кирпичные стены, ухоженный и приятный задний дворик с детской площадкой и всяким подобным, вид на который открывался из–за угла дома.
Как я и думал, нужная мне дверь, в отличие от остальных в этом доме, была входной в квартиру, а не на лестницу с квартирами. Воспользовавшись массивным металлическим кольцом, постучался в дверь. Ответа нет. Жду. Ответа нет. Постучал ещё раз. Дверь со скрипом отворилась, а за порог высунулся среднего возраста домовой эльф. Хоть и носил он тогу из белой простыни, но выглядел при этом чуть ли не как император.
— Поздние гости крайне нежелательны в доме уважаемого мистера Губера, — с укором проговорил домовик, кивнув пару раз в конце, добавляя тем самым важности своим словам.
— Дело срочной важности. Надбавка галлеонов за неудобства. Передайте, уважаемый домовик, что мистера Губера беспокоит представитель рода Блэк.
«Уважаемый домовик» проникся тем, что он «уважаемый», поколебался немного, но открыл дверь пошире, приглашая меня пройти.
— Уважаемый домовик, — приосанился он, — просит уважаемого гостя пройти в гостиную для ожидания и просит соблюдать приличия.
Это значит, чтобы держал палочку при себе, а в случае необходимости — звал его.
— Как я могу обращаться к вам? — сдерживать улыбку было тяжело. Домовик, судя по глазам, прекрасно знаком с концепцией лести, но поделать с собой ничего не мог. Похоже, прямого приказа «никого не пускать» он не получал.
— Вилли. Уважаемый гость может обращаться к Вилли, если что–нибудь понадобится.
Домовик проводил меня в не очень просторную комнату, заставленную различной массивной деревянной мебелью тёмных оттенков. Тут было всё, что нужно для гостиной — диваны с толстой мягкой обивкой, журнальные столики, большие книжные шкафы, и всякое прочее. Отделка зала тоже была тёмной, а дерево в ней доминировало над обоями. На стенах были светильники в форме подсвечников, но сейчас лишь огонь в массивном камине освещал помещение, а занавешенные толстыми тяжелыми шторами окна не пропускали ни лучика света уличных фонарей.
Я присел на одно из кресел, уставившись на огонь в камине. Странно, но такая массивная, средней вычурности мебель, запах всё того же дерева, книг и пергамента создавали, наряду с камином, атмосферу мрачного уюта и спокойствия.
Немного шаркающие шаги за спиной вывели меня из созерцательного состояния, и я встал с кресла, обернувшись на источник звука. В зал зашёл пожилой и чуть сгорбленный мужчина в плотно запахнутом махровом тёмном халате, из–под которого были видны пижамные штаны, а на ногах его были простые тапочки.
— Надеюсь, — заговорил он уставшим голосом, и я обратил внимание на его гладко выбритое лицо, уже покрывшееся морщинами. — Молодой человек не рассчитывает на достойное гостеприимство? В поздний час добрый человек по чужим домам не ходит.