— Все ученики возвращаются в гостиные своих факультетов до шести часов вечера и больше их не покидают, — с максимально строгим видом вещала профессор, стоя посреди гостиной. — На уроки будете ходить в сопровождении преподавателя. Никто не пользуется туалетной комнатой без провожатого. Все матчи и тренировки временно отменяются. Никаких передвижений по вечерам.
Профессор свернула пергамент, вздохнула, осмотрела всех внимательно.
— Вряд ли стоит добавлять, что я давно не была так расстроена. Если преступника не поймают, школа, по всей видимости, будет закрыта. Я настоятельно прошу: все, у кого есть хоть какие–то подозрения, без промедления подойдите ко мне и сообщите, что вам известно.
Мы с Гермионой переглянулись.
— Скажем?
— А давай попробуем, посмотрим, что получится.
Буквально через десять минут мы уже стояли в кабинете профессора, куда нас привёл Перси.
— Мистер Найт, мисс Грейнджер. Вы хотите мне что–то рассказать? — спросила МакГонагалл, сидя за своим столом. Кабинет её, к слову, был довольно лаконично оформлен. Тёмная мебель вдоль белых каменных стен, книжные шкафы, серванты с какими–то личными побрякушками и фигурками, большой рабочий стол с зеркальцем и прочими мелочами, в том числе кучей пергаментов и чернильницей с простым белым пером.
— Да, профессор, — кивнул я. — У нас есть теория, не о преступнике, но об инструменте преступления.
— Я вас внимательно слушаю.
Мы и рассказали. Чётко и ровно. Использовали несколько фактов и домыслов. Рассказали, что Тайная Комната причисляется к творению Слизерина. Если Наследник и вправду Наследник, то и наследует он Слизерину. Как известно из исторических источников, Слизерин мог говорить со змеями, символ факультета — змея. Опять же из исторических описаний следует, что Слизерин был гордым и тщеславным, потому мы и предположили, что потешить эти свои качества он вполне мог, выведя василиска, но никому об этом не сказав. Да ещё и поговорить с ним можно, отдавая внятные приказы в случае чего. Рассказали и о том, что из замка бегут пауки, а как известно из бестиариев — пауки больше всего боятся именно василиска. Это же укладывается в теории об оцепенении, ведь рядом со всеми жертвами были отражающие поверхности и только по этой причине они не умерли. Правда, конкретно этот домысел является бездоказательным, ибо исследований взгляда василиска никто никогда не проводил. По понятным причинам. Особенное место в этой теории занял подслушанный в гостиной разговор Поттера и Уизли. Как известно, наш светлый герой — змееуст. Он как–то достаточно громко поделился с Роном о том, что неоднократно слышал откуда–то из стен замка шипящий голос. Только он, и никто больше.
— Я приму к сведению вашу теорию. Вы проделали большую работу. Но, несмотря на кажущееся соответствие, не думаете же вы, что под Хогвартсом спокойно живёт василиск уже тысячу лет? Да и директор Дамблдор, будь это правдой, уже давно бы вычислил и устранил подобную угрозу.
Мы с Гермионой переглянулись, но возмущаться не стали.
— Спасибо, что выслушали, профессор.
— Не за что. Мистер Уизли! — чуть громче сказала она, а дверь в кабинет мгновенно открылась.
— Да, профессор? — появился Перси.
— Проводите мистера Найта и мисс Грейнджер в гостиную.
— Да, профессор, — кивнул Перси, и мы покинули кабинет.
— И что вы там наговорили?
— Ничего особенного, Перси. Ничего особенного… — задумчиво кивала сама себе Гермиона.
— Смотрите мне, — пригрозил он пальцем, и мы отправились в гостиную.
Глава 9
Дни шли один за другим, но ситуация в школе нагнеталась всё больше и больше. Ученики ходили везде чуть ли не строем. На занятия — в сопровождении преподавателя. В туалет — в сопровождении старосты и пары помощников. Одиночек просто не было. Среди учеников поднимались волнения. В тот злосчастный день окаменела Пенелопа Кристалл и, что самое странное, Лаванда Браун. Сейчас, вспоминая все эпизоды, я могу сказать почему — пару раз она, вместе с одной из Патил, подходили с чем–то к Гарри и Рону, когда те играли в шахматы. После этих подходов парни вели себя как–то странно и стеснительно. Ну, не мертвы и слава Мерлину.
В один из дней Малфой приобрёл особо счастливый и гордый вид, а вот Гарри с Роном — диаметрально противоположный. Оказалось, что явился министр Фадж на пару с Люциусом Малфоем. Они арестовали Хагрида. Об этом все прожужжали уши друг другу. Но самое неприятное для многих — Дамблдора отстранили от поста директора и теперь его место временно занимает МакГонагалл. Как–то даже на уроке зельеварения Драко завёл беседу со Снейпом о том, почему бы профессору не выдвинуть свою кандидатуру на пост директора. Драко так нахваливал Снейпа, что тот не мог не улыбнуться. Самую малость, самыми краешками губ. Какая неприкрытая лесть!