Лезвие стало разъедать поверхность, которой коснётся, а сам меч ощущался как–то холодно и тяжело. Сложно объяснить.
Обмозговав все возможные причины подобных изменений, я пришёл к простому и логичному выводу — виноват василиск. Нет, серьезно. Когда я потрошил демона из гримуара, то меч попытался поглотить его душу и даже поглотил, но вот Старик забрал «нарушителя». Вполне возможно, что меч умудрился поглотить и душу василиска, но… Я ведь чувствую меч, Оружие Духа, как часть самого себя. Можно сказать — часть своей души. Так вот — я не чувствую никаких василисков и прочего. Возможно, так как меч часть меня, то и изменений я не чувствую? Вон, когда псих становится психом, он ведь не знает об этом, для него всё в порядке и ведёт он себя, как и прежде, и по его мнению с психикой всё хорошо.
Сразу в голове появился закономерный вопрос — поглотит ли меч ещё какую душу, или нет? Возможно, он мог только одну поглотить?
О подобных свойствах меча я догадывался, потому и гнал от себя мысли тыкать им во всё подряд, но василиск вынудил. Хотя, с другой стороны, в голове моей есть как минимум два заклинания, способных убить такую тварь, но вот потянул бы я их без практики? Вряд ли. Это не Сту́пефай — там всё во многие десятки и сотни раз сложнее. Да и бьёт оно знатно — прибил бы и Поттера, и Джинни, а за такое меня бы по голове не погладили. Нашли бы, обязательно вычислили и нашли, и не погладили, ведь труп Героя Англии — не мелочь по карманам тырить.
Вечером третьего дня я был обрадован Найтами. Джон и Сара выиграли какую–то там поездку. В Египет. Степень подозрительности зашкаливает до абсурдных отметок! Это настораживает и очень даже, но и делать–то особо нечего. Именно по этой причине уже на следующий день я, вместе с Найтами, спускался по трапу на землю Каира.
— Вот это жара! — восхищённо и вместе с этим удручённо проговорил Джон, прямо с трапа щуря глаза даже в тени от панамки.
— А чего ты хотел, дорогой, — улыбнулась Сара в лёгком платье и широкополой шляпе.
На паспортном контроле нам, помимо обычной проверки документов и багажа, пришлось пройти с представителем местного магического правопорядка. Что меня порадовало, так это одежда этого аккуратного бородатого мужика. Я думал встретить тут что–то традиционно арабское, но нет — модный деловой костюм–двойка, галстук, маленькие разгрузки на поясе, видные за полами расстёгнутого пиджака серых тонов. Там же, на поясе, красовались значки местной маггловской службы безопасности и удостоверение магической службы.
Как и во Франции, для досмотра волшебников предназначались отдельные помещения, выполненные во вполне приличном и даже богатом виде. Красивая каменная кладка пола, бежевые колонны и стены с позолоченными кантами и прочими, неизвестными мне архитектурными элементами. Живые картины, пальмы в горшках, удобные диваны для ожидания.
Пока мы шли за этим египетским джентльменом, то встретили не меньше десятка волшебников из приезжих.
— Как же долго, я уже вся измаялась, — удручённо заметила на английском какая–то полноватая дама в классическом платье. Рядом с ней стоял щуплый мужичок и успокаивающе что–то приговаривал, но куда более любопытной была странная мелкая зверушка синего цвета. У неё был длинный хвост, большая пасть с редкими зубами и довольно сварливый характер. Эта зверушка бегала вокруг дамы в платье и попискивала на окружающих.
Не менее занятной была довольно молодая пара в мантиях тёмных цветов. Девушка то и дело пыталась сорвать с головы парня тюрбан, при этом гневно посверкивая глазами. Парень с улыбкой уворачивался, но вот девушка выхватила палочку, и парень уже не увернулся от ловкого заклинания, получив жалящее в одно место. Он отвлёкся, и девушка с лёгкостью сорвала тюрбан.
— Хватит дурачиться! — громким шепотом зашипела она на парня.
— Ладно–ладно! — примирительно поднял парень руки, выставляя перед собой.
Другие волшебники с интересом следили за перепалкой, ожидая очереди в свои кабинеты или выходя из них.
Найты, стоит отдать им должное, реагировали на магию и различные необычности вокруг так, словно каждый день видят только такое и ничего другого.
Наш сопровождающий зашёл в один из кабинетов и приглашающе указал рукой. Кабинет не отличался ничем особенным — светлый, с удобными креслами и диванами, рабочим столом и журнальным, кустики по углам.