— И что дальше?
— Дальше? — Люциус улыбнулся. — Я убью вас, мистер Найт. Вы и так должны были умереть, но по какой–то причине выжили. Уже три раза. Хорошее число, не правда ли?
— Безусловно. Но почему три?
— Неужели вы не догадались? Первый раз ещё в детстве — после всех ритуалов вы не могли выжить. Но выжили, наперекор судьбе. Второй — в нашу прошлую встречу во Франции. Третий — в Хогвартсе, в Тайной Комнате. Да–да, мистер Найт, — покивал Люциус каким–то своим мыслям. — Я осведомлён о тех событиях. К моему глубочайшему сожалению, мой сальноволосый друг не смог справиться с такой простой просьбой. В итоге я в который раз убедился в старой как мир истине. Хочешь что–то сделать хорошо — сделай это сам.
Люциус резким движением вынул палочку из трости и молниеносным движением приблизился ко мне, подняв мне лицо за подбородок.
— Удивительно, как ты на неё похож. Аж бесит. Готов умереть?
— С рождения.
— Ну что же, — Люциус театрально занёс палочку, — Авада…
Резко сформировав кровавые лезвия и разрезав верёвки, я в мгновение ока сорвался с места. Небольшой стилет из крови в левой руке зашёл прямо в печень Люциусу, прервав чтение заклинания. От болевого шока тот не смог толком развернуться, но создал плотную сферу Проте́го и полез левой рукой в карман. Не теряя ни секунды, тут же появившимся в руке Оружием Духа, я нанёс один единственный быстрый и размашистый удар, разрезая защиту как ножом масло. Голова Малфоя отделилась от тела, но это самое тело тут же исчезло в воронке аппарации. Но голова–то осталась тут.
Чуть прокатившись по полу, голова каким–то чудом развернулась ко мне, а на лице Малфоя читалась боль, а в быстро затухающих серых глазах — неверие. Место среза не сочилось кровью — оно буквально обгорало от яда. Меньше минуты потребовалось мёртвой голове, чтобы оплавиться отвратительной булькающей жидкостью, но кости остались целы. Вот уже которое убийство, а мне… А мне вообще плевать. Странно? Не знаю.
Пройдясь по комнате и найдя свои вещи отброшенными к стене, я вернул на место кобуру с палочкой, ремень со всякими кармашками, повесил сумку на плечо, достал палочку и начал водить ею вокруг.
— Ма́гика Реве́лио.
У меня словно появилось шестое чувство, хотя в моём случае вернее будет сказать «седьмое». Вокруг не было особо никаких чар — различные скрывающие и тому подобное. На двери не было даже запирающих.
Одёрнув штору от окна, я увидел знакомый мне лес. Северные широты, может быть даже та же Англия. Задёрнув окно обратно, я развернулся к черепу и жиже под ним.
— Я думал, что это будет несколько… Эпичней, — с каким–то разочарованием и одновременно облегчением сказал я вслух, и двинулся к двери.
Выйдя из комнаты, я оказался в тёмном коридоре и пошёл на свет. Пройдя немного, вышел в абсолютно пустой зал, но занавесок на окнах не было. Сбоку зала была прихожая и я направился к входной двери. Дёрнул ручку и дверь со скрипом поддалась, открывшись.
Заброшенное и заросшее травами и кустами место. Пройдя от входа пару шагов и обернувшись, я увидел старый, наполовину развалившийся и почерневший от времени дом посреди, а невдалеке ещё парочка таких же. Глушь какая.
Без всяких палочек я направил руку на дом и представив на ладони сложную геометрическую структуру, пустил по ней магию, попутно произнося ключ:
— Во́дбарфис, — с руки сорвался поток огня, словно из огнемёта, быстро охватывая дом. Никакого адского пламени и тёмной магии — просто более масштабный аналог Инсе́ндио. Довольно интересный факт — в том гримуаре было очень много магии без палочки или с другими, более мощными концентраторами, способными выдать куда как большую магическую мощь. Палочки тоже круты, но, возможно, у них меньшая пропускная способность? У большинства? Неспроста же палочка Поттера и Реддла считается сильной, а Старшая палочка — и того круче? Да и вообще, палочки имеют градацию по силе. Если верить словам Олливандера. Но, не суть. Пора уходить.
Около двух часов я шарахался по лесам и долам, пока не вышел к нормальной асфальтовой дороге. Вероятность того, что я в Англии довольно велика, а потому я вынул палочку из кобуры и проголосовал. Ничего. Ждал минуту — ничего. Может нужно ждать дольше?
Уходить с места не стал, и как выяснилось, не зря. Через минут пять передо мной буквально из воздуха выехал на огромной скорости высокий трёхэтажный фиолетовый автобус. Он резко остановился, словно вкопанный, передние двери открылись.