Выбрать главу

– Залита, – немного смущенно позвала я, да видно, спокойствия ей сегодня не видать… и все же… у меня ведь насущные проблемы… – Скажи, пожалуйста, а как тут у вас с личной гигиеной?

– С чем?

Так, я совсем засмущалась… И как ей объяснить суть проблемы? Залита несколько секунд непонимающе смотрела на меня, но потом, кажется, до нее дошло.

– Ах, это… Ну, как тебе сказать… У нелюдей таких проблем нет, уж не знаю, рождаются такими или ворожат чего… Но в деревне только баня да речка. В городе, конечно, по-другому, да и то в основном у аристократов. Хотя… – Залита оторвала меня от раздумий. – Пойдем, есть у меня кое-что.

И встала. Я послушно поднялась, вслед за ней впервые вышла во двор. Воздух у них… Такого у нас и в деревнях уже нет. А красиво кругом! Никаких ЛЭП, проводов, труб… Чистая природа, все зелено, птицы поют, трава если только не хрустит…

Залита подвела меня к какой-то небольшой избушке за домом, и я поняла, что это баня, ну… или что-то похожее… Зашли, так и оказалось! Предбанник с травками, полками и чайным набором. А в следующей комнатке небольшая печь и бадья.

– Я когда-то в городе жила и помогала делать разные снадобья, так что кое-что осталось. Держи. – Залита протянула мне небольшую баночку с мазью. – Это удалит все волосы там, где тебе не надо. Хватит не меньше чем на три лунных цикла… – Понятно, значит, на три месяца. Ну что ж, неплохо. – Этим, – она подала кувшин с жидкостью, – помоешь волосы…

Потом пошли банки и флаконы. В общем, около месяца я получила возможность ходить как человек, а потом придется либо покупать, либо бомжевать… Ну, хоть так! Удостоверившись, что во всем разберусь, Залита оставила меня одну.

Да, это блаженство! Сколько я уже не мылась? Дня три, не меньше! Дома как раз воду отключили, плюс к этому потом попала под дождь, провалилась непонятно куда, покаталась по земле, пропотела, пока бредила, и все – не снимая своих вещей. Не знаю, сколько я пробыла в бане, но, когда вернулась в дом чистая и счастливая, Залита с внуком уже обедали.

– Привет! – Я не сдержала радостного восклицания. – Как дела?

– Привет, – хмыкнул Калим, оглядев меня. Ну и что опять? Халат, который висел в бане, вполне приличный, все закрыто, ну не хочется на мокрое тело капрон натягивать! – Дела нормально. Я все собрал, что нам в дорогу надо, так что завтра выступаем.

– Отлично!

– Да, Лина, я тут кое-что продал из твоих вещей, на первое время деньги нужны, а остальное, как и договаривались, в городе продадим.

– Да, спасибо, ты молодец. – Я немного растерялась, подумав о завтрашнем дне. Кажется, даже знала, какие ужасы мне сегодня будут сниться.

– Лина, – Залита протянула мне кружку, – вот, выпей, это чтобы тебе уснуть сегодня.

Напиток подействовал практически мгновенно, и я отрубилась, кажется, прямо за столом.

Открыв глаза, поняла, что сейчас раннее утро и Залита меня будит.

– Лина, пора! – Она тяжело вздохнула. – Калим уже оделся и ждет тебя. Вставай, позавтракай.

– Да, Залита, спасибо.

Оделась быстро, затем заплела волосы в тугую косу и села за стол.

– Лина, я тут собрала твои вещи, а еще положила кое-какие зелья, снаряжение в дорогу и поесть.

– Спасибо, Залита. Я даже не знаю, как вас отблагодарить…

Я глянула на женщину и вдруг отчетливо поняла, что, скорее всего, мы уже никогда не встретимся. Судя по ее глазам, она это тоже понимала. Пытаясь скрыть смущение, я быстро доела завтрак и, встав, прихватила сумку. Так, молча, мы и вышли на крыльцо, где уже ждал Калим.

– До свидания, – пробормотала я, обняв добрую женщину.

– До свидания, девочка. – Залита крепко сжала меня в объятиях. – Лина, запомни, если тебе не удастся вернуться домой, ты должна прийти сюда. Слышишь, этот мир жесток, а ты к нему не приспособлена, тебе будет тяжело, очень тяжело…

Женщина замолчала, внимательно посмотрела на меня, видимо ожидая ответа. Но я была твердо уверена, что не вернусь. Даже если не попаду домой, жить в деревне вряд ли соглашусь. Конечно, зарекаться нельзя…

– Еще раз спасибо вам. Бог даст – свидимся. – Еще раз обняла женщину.

– Ладно. Калим, будь осторожен!

– Да, бабушка, до свидания!

Калим обнял старушку и, развернувшись, пошел к калитке. Еще раз помахав на прощанье, я поспешила за ним.

Глава 3

Лина

Мы уже несколько часов шли по безлюдной тропе сквозь заросший лес. Солнце давно встало, однако здесь оказалось сумеречно, наверное, в лесу так было всегда. Высокие деревья, казалось, цеплялись кронами за небо, вокруг пели птицы, в общем – красота, если бы тропа не была такой заброшенной и отовсюду не слышались шорохи. На вопрос, почему мы пошли именно здесь, а не по нормальной дороге, проложенной в обход леса, Калим нехотя пояснил, что она короче. Но только этот ответ меня не сильно впечатлил. Попытала минут десять, и парень сознался, что тут практически не бывает людей, а следовательно, в нашем случае гораздо безопаснее. Ну, вот в это скорее верилось. Только я открыла рот для следующего вопроса, как Калим меня прервал и заявил, что в лесу шуметь негоже. Больше он не открывал рта. Так мы и шли молча. Лес уже начал меня конкретно нервировать, все-таки я городской житель, а молчаливый спутник рядом – злил. Видно же, что он о чем-то задумался и просто не хочет со мной говорить. Ну и ладно!

Кстати, у меня, как ни странно, мыслей не было никаких. Точнее, те, что были, я отгоняла от себя, а другие не хотели заходить в гости. Так я и шла, ни о чем не думая, пока не врезалась в спину Калима.

– Ты что?

Парень мельком взглянул на меня и вздохнул.

– Лес кончился. Через пару часов выйдем на большой тракт, так что будь поосторожнее.

И снова отвернулся, явно намереваясь идти молча. Не-э-эт! Так не пойдет! Благо теперь тропинка расширялась, и я могла пойти рядом.

– Слушай, Калим, – обратилась к парню, состроив наивные щенячьи глазки, – может, ты мне что-нибудь расскажешь?

– Что? – Да… что-то он сегодня немногословен.

– Что угодно! Я же в первый раз в другом мире. К тому же, – ехидно стрельнула глазками, – если ты хочешь иметь меньше проблем, может, стоит сделать так, чтобы я не задавала глупых вопросов о вещах, которые знают даже дети.

Не ведаю, оказался ли этот довод решающим или ему самому уже надоело молчать, но, вздохнув, мой спутник предложил:

– Спрашивай.

Так, и о чем спросить? Ладно, начнем с географии.

– Куда мы сейчас направляемся?

– В Колдий. Это небольшой городок, стоящий на большом тракте, связывающем Карфалин с Громнарогом, столицей гномьего государства Грохнет. Там продадим часть твоих безделушек и кое-что из моих поделок. Этого, я думаю, должно хватить, чтобы заплатить караванщику и дойти с ним до Карфалина.

– А долго добираться до Карфалина?

– На лошадях неделю-полторы, а так, пешком, не меньше двух-трех.

– А лошадь купить дорого?

– Смотря какую, – пожал плечами парень, – старенькую кобылу – нет, недорого, только от такой проку мало, а хорошая лошадь внимание привлекает. Нам лучше сейчас с большой группой идти, а там почти все пешие. Ну и деньги надо сэкономить, ведь неизвестно, что в городе получится. – И посмотрел на меня. Вот чувствую, что ему что-то покоя не дает, а спросить не решается. Ну и ладно, может, и я отвечать не захочу.

– А у вас опасно на трактах?

– Как повезет. Раньше гораздо безопаснее было, а сейчас из-за напряжения с эльфами и драконами король патрули с трактов отозвал, так теперь и разбойники развелись.

– Калим, – осторожно спросила я, – мне показалось, что ты не очень эльфов любишь?

– С чего ты взяла? – Ого какой взгляд. – Я всех нелюдей не люблю. Вам хорошо, у вас их нет, только люди. Думаешь, приятно, когда на тебя смотрят как на грязь!

Да, сильно его задело!

– Нет, конечно, ты прав, просто мне показалось, что эльфов ты больше всех не любишь.

– Ты права, – ответил он, хоть я уже не надеялась услышать ответ. – Они холодные и эгоистичные.

– То есть?

– А то и есть! Такие прекрасные и совершенные эльфы в душе холодные и жестокие. Они не способны ни на какие чувства. Руководствуются только высшими целями. Вернее, они так говорят, а на самом деле только удовлетворяют свои потребности! – Глаза Калима уже сверкали, а он еще сильнее распалялся. – Человечки для них все на один раз! Развлеклись, и хватит, а если мужчина попытается заступиться за свою женщину, то его просто убьют за оскорбление перворожденного!