- Ох, я даже не заметила, как стало вечереть! – неподдельно потрясенным тоном воскликнула Эна, подойдя к окну. Эта простая, даже обыденная фраза произвела на Эстер потрясающее впечатление – вампиресса приподнялась на локтях, широко улыбнулась и зажмурилась.
- Наконец день закончился!
Внезапно до Эны дошел смысл происходящего:
- Так вот почему тебе плохо! Солнце! Но…, - девушка стушевалась, снова задумываясь. – Я думала, что после проведенного ритуала с тобой в главной роли солнце перестало быть проблемой для вампиров.
- Все верно, но результат таков, что существуют и ограничения в абсолютной свободе.
Эстер подробно разъяснила подруге особенности исполненного ритуала, указывая на то, что чем дальше вампир от Роттогора, тем тяжелее ему переносить влияние солнечных лучей.
- Я даже не знала, что думать! – растрогавшись, сказала Эна, присев на край кровати. Она крепко обняла подругу и призналась, что очень рада наступлению ночи, так как вместе с мраком приходило и нормальное состояние Эстер.
Некоторое время девушки увлеченно обсуждали происходящие в Университете дела. Эстер была обеспокоенна тем, что не могла посещать занятия. Даже если она не попадала под лучи, ее угнетало время суток. С утра начинали свое действие самые мерзкие боли, заставляющие Эстер недвижно лежать на перине. Только в положении, когда ее руки и ноги были распростерты, она чувствовала ломоту наименьшим образом. Эна догадывалась, что не только солнце было первопричиной страданий Эстер – девушке доводилось просыпаться среди ночи и слышать, как бредила вампиресса, повторяя имя Гаэля.
Прошло довольно много времени, прежде чем Эна впервые зевнула. Эстер бросила спешный взгляд на настенные часы – часовая стрелка приближалась к полуночи. Маятник равномерно раскачивался из стороны в сторону, будто намекая, что время должно идти неспешно. Но приятное общение незаметно коротало часы, минуты и секунды, превращая их в сплошной, непрерывный поток.
Эстер заметно занервничала. Пока кареглазая девушка увлеченно повествовала об утренних пересудах с Дамианом, она из кожи вон лезла, чтобы поскорее узнать все детали и попросить Эну покинуть комнату на некоторое время. Девушка, к тому же, прекрасно понимала, что если она потребует желаемого слишком дерзко, это насторожит Эну и тогда она решит выяснить, что задумала Эстер.
Теперь счет шел на минуты. Вампиресса кивала, даже иногда задавала вопросы, и кое-что уточняла, дабы отвести от себя подозрения.
- И знаешь, что я думаю? Дамиан просто не знал, какой повод мог бы обеспечить возможность пообщаться со мной, - смутившись от собственной же догадки, сказала Эна.- Это весьма интересный шаг с его стороны, однако, уверять меня, что я оборотень – это слишком. Я знаю, что он точно является вервольфом, но не понимаю, что он хочет от меня.
- Наверное…
- Я знаю, чего он хочет, но, боюсь, мои слова обидят малышку Эну.
В комнату бесшумно вошел мужчина в плаще. Его лицо было скрыто маской.
- Позвольте, разве мы знакомы? – упоминание этим мужчиной ее имени привело девушку в изумление.
- Я знаю о тебе мало, но зато спокойно могу копаться в твоей милой, но, увы, пустой головке, - сожалеющим тоном сказал вошедший. – А теперь ты должна уйти. Будь добра.
- Еще чего! – фыркнула Эна и, гордо подняв голову, прошествовала к своей постели. Она улеглась, скрестила ноги и закинула руки за голову.
- Эна, тебе действительно лучше уйти, - тихо сказала Эстер и сделала шаг навстречу, но мужчина остановил ее повелевающим жестом. Девушка покорилась.
- Если эта дрянная девчонка не хочет спать спокойно некоторое время, то я не стану препятствовать ее желанию, - усмехнулся Гаэль и поднес руку к маске. – На сей раз я не буду столь милосерден и не стану стирать ей память.
Вампиресса с радостью отметила, что внешний облик ее господина стал значительно лучше, но это не играло особой роли. Он все еще внушал ужас. Эна едва сдержала внутри себя крик, которым она хотела разразиться, едва Гаэль склонился над ней и улыбнулся мертвецкими бледными губами, из-под которых виднелись тонкие острые клыки.
Собрав весь самоконтроль в кулак, девушка посмела задать вопрос прямо вампиру в лицо:
- Кто дал тебе право мучить Эстер и стирать память мне?
Мужчина издевательски рассмеялся, отчего брюнетке стало мерзко на душе.
- Подумать только! Неужели ты рассчитывала, что я буду спрашивать у тебя разрешения?!