Николас радостно хлопнул в ладоши и вскочил с места.
- Каким образом она проникла в Университет незамеченной? - возмутилась миссис Никитэль, являясь ярой сторонницей дисциплины и порядка. – Кто стал ее пособником в этом деле?
- Ирен, мы можем выяснить это и позже. А сейчас было бы неплохо увидеться с ней.
- Я! – выкрикнув это, Николас чуть ли не бегом ушел из кабинета, оставив преподавательский состав во главе с ректором в глубоком недоумении.
- Что же… Давайте обсудим детали.
Эту фразу мужчина уже услышал из коридора. Его прыти можно было только позавидовать – он торопливо шел, подпрыгивая и светясь радостью. То, во что он верил до последнего, в итоге стало реальностью - Эстер выжила и даже вернулась в Морвей.
Предварительно разузнав у студентов, обитавших на том же этаже, где проживает мисс Рэйнволт, мужчина без труда нашел нужную комнату и остановился у двери в предвкушении. Поправив темно-серый галстук и очки, он легко постучал три раза.
Ему никто не открыл. Как ни странно, но он был готов к этому. Ухмыльнувшись, преподаватель приложил ухо к хлипкой дверце и сосредоточился на собственном слухе. Он ожидал услышать все, что угодно – перешептывание, легкие, якобы беззвучные шаги, едва слышимый скрип дверцы шкафа, в котором можно спрятаться. Но ничего такого не было. За дверью была абсолютная тишина.
- Мисс Рэйнволт, я хотел бы войти. Могу ли я это сделать?
И снова молчок. Радостная улыбка покинула лицо мужчины, и он понял, что там действительно никого нет. Тогда, решительно взявшись за ручку, он резко дернул дверь на себя и вошел внутрь. Образованный открытыми окнами и дверью сквозняк взметнул вверх кофейного цвета шторы.
\Никого. Разбросанные на столе книги, несколько небрежно брошенных перьев, пара джинсов, сложенных на стуле – все это, безусловно, указывало на то, что здесь постоянно жили. Однако ничего не давало понять, жила ли здесь одна или две девушки. Приблизившись к одной из кроватей, Николас заметил, что покрывало было примято, как будто кто-то лежал поверх него совсем недавно. Вторая же постель была аккуратно заправлена.
- Это не зацепка… Девушка могла просто убрать обе кровати, а после прилечь и отдохнуть, - пробубнил себе под нос мистер Карьер и устремил взгляд на аккуратный медальон с синим камнем, который лежал на подоконнике. Нахмурившись, он медленно подошел к окну и собрался протянуть руку к загадочному предмету, как тут его занятие неожиданно прервали.
- Мистер Карьер?
Удивленный голос принадлежал хозяйке этой комнаты – Эне Рэйнволт. Девушка стояла у косяка, опершись на него и держа сложенные руки на груди. Лицо ее выражало крайнюю степень изумления.
- Здравствуй, Эна, - спокойно поприветствовал ее мужчина. – Я зашел проведать тебя, но, к своему сожалению, не застал тебя здесь. Я хотел бы кое о чем поговорить.
В прошлый раз эта фраза принесла Эне тяжелое откровение Дамиана о его трудном детстве. Сказать, что слова Николаса Карьера ее напугали – ничего не сказать.
- Скажи мне, милая Эна, - начал профессор располагающим тоном, - что тебе известно о судьбе твоей подруги?
Глядя на преподавателя совершенно искренними глазами, девушка бесстыдно соврала:
- Ничего, абсолютно.
- Совсем недавно я слышал, как ты упоминала, что она в Университете.
В голосе Николаса послышался упрек – он хотел вывести девушку на чистую воду, слишком сильно стремясь утвердить свои собственные ожидания.
- К сожалению, я ничем не могу помочь. Она осталась в Эвернале вместе с Гаэлем Манрике, а больше мне ничего не известно.
Мужчина хмыкнул и посмотрел на студентку с ощутимым подозрением.
- Быть может, я упоминала ее имя, когда вспоминала былые времена, - печально сказала Эна и возликовала – преподаватель, наконец, поверил ей, и у нее появился шанс избавить подругу от «преследований» с его стороны. Эстер так или иначе собиралась поведать о своем возвращении, но пока она не придет в норму и будет походить на вампира наименьшим образом, ей придется прятаться. Практически каждую ночь она уходила к Гаэлю, несмотря даже на то, что он уже давно возвратил свой облик в нормальное состояние.
Увидев заинтересованный взор на ее медальоне, Эна спешно объяснила, что эту вещь здесь забыла Айри, которая всегда была падкой на красивые украшения.
- Что же, ты меня очень расстроила, - неподдельно выразив свое сожаление, Николас поблагодарил девушку и вышел в коридор.
Сняв очки, он закрыл глаза ладонью и тихо простонал. Он не мог поверить в очередное разочарование. Ком горькой обиды встал поперек глотки, отчего его стали душить слезы. Но мужчинам плакать непозволительно. Сжав остатки воли в кулак, Николас водрузил очки на нос и сделал глубокий вдох. Кажется, он уже успокоился, ведь в следующую минуту он уже бодро шагал по коридору в сторону лестницы, намереваясь вернуться на собрание преподавательского состава. Им еще нужно было обязательно придумать систему распределения студентов, а у Николаса имелось несколько предложений.