Она захохотала, откинув голову назад. Аберон все это время молча стоял, поглядывая на ведьму. У него были кое-какие подозрения, но обезумевшей от счастья Эвелине он не стал их докладывать, будучи уверенным, что та получит по заслугам, пойди что не так.
Перед его глазами явилась всего-навсего небольшая комната, обитая темно-синим бархатом, в центре неё находился небольшой постамент. Над ним возвышался старинный свиток, от которого исходило легкое, едва заметное свечение. Аберон видел, как загорелись глаза ведьмы, едва она заметила его. Эвелина, подойдя чуть ближе, протянула руку, и, затаив дыхание, забрала пергамент. Как только ее пальцы коснулись бумаги, свет моментально померк.
-Как же просто, как все просто! У морвейских магов совершенно не хватает ума, чтобы надежнее защититься! - разглагольствовала Эвелина, покинув комнату и собираясь уже оставить Запретный Корпус. Когда она уже почти сняла заклинание с коридора, Аберон ее окликнул.
-Вы не забыли о своем обещании?
Глаза женщины нехорошо сузились.
-Ну как я могла забыть об этом… - ехидно пропела она, на самом деле взгляд ее оставался холодным. – Безусловно, ты многое для меня сделал, и я тебя щедро вознагражу. У тебя есть с собой…
Она не договорила, заметив, как Аберон воодушевлённо полез копаться в карманах. Наблюдая за его наивной радостью, Эвелина в очередной раз усмехнулась.
-Вот, - он протянул небольшой сверток, и женщина, потянув за тесемки, обнаружила пару локонов каштанового цвета.
-Маловато, - цокнула языком она.
У Аберона разочарованно вытянулось лицо.
-Но, в принципе, хватит, - довольно закончила Эвелина и, чуть коснувшись волос кончиками пальцев, принялась водить рукой над ними, при этом бормоча заклинание. Неожиданно схватив Аберона за руку, она насильно приложила его ладонь к волосам. Замерев, он продолжал наблюдать за женщиной, которая внезапно закатила глаза и, наконец, посмотрела на него нормальным взором.
-Как и обещала, – ее коварная улыбка расползлась до ушей и Эвелина, окончательно убрав с лестницы волшебную преграду, напоследок еще раз взглянула на ошеломленного Аберона, прежде чем растаять в воздухе.
Убедившись, что он теперь совершенно один, парень устремился обратно в таинственную комнату, которая не давала ему покоя. Пусть Эвелина была одной из самых могущественных ведьм, но чуточку внимательности и осторожности ей не хватало. В отличие от Аберона, подозрительности которому было не занимать…
Тихий смешок сорвался с его губ, стоило парню окинуть помещение магическим зрением. Он сразу вспомнил, как пренебрежительно Эвелина отзывалась о морвейских магах и понял, что та сильно ошибалась на их счет. На самом деле здесь находилась обыкновенная кладовая, где хранились ведра, метлы, всякие тряпки, а вместо постамента под иллюзией скрывалась простая бочка. Видимо, Университетские волшебники были не лишены юмора.
Аберон понял, что все происходившее здесь было напрасным, и Эвелина не получила того, чего хотела.
-Ну и ладно, - тихо пробормотал парень, - Зато я своего достиг. А все остальное – ее проблемы.
Тяжелое, бледное солнце устало клонилось к горизонту, прячась за серо-лиловыми облаками. Длинные и безжизненные ветви деревьев отбрасывали сети теней. Сквозь эти сети рвались тени двух коней, упорно мчащихся к своей цели. Под их копытами трескалась подмерзшая земля и жалобно хрустел тонкий, но крепкий наст. Лошади были порядком уставшими – по их шеям стекала желтоватая пена, глаза были безумными. К сожалению, они были не такими выносливыми, как их хозяева, которые, кстати сказать, не оставляли тени. Всадники не имели тех самых вечных спутников, что везде следуют за нами по пятам.
Неожиданно один из путников резко потянул поводья на себя, и его конь встал на дыбы. Всадник едва удержался в седле, а строптивый жеребец, как только его копыта коснулись земли, тряхнул гривой и громко заржал.
- Сколько раз тебе повторять! Нельзя так делать! – раздраженно прошипел первый, пристально глядя на друга из-под широкого капюшона.
- Мы уже почти подъехали к Эверналю, а я не хочу влетать туда, словно ошалелый! Тем более, я загнал скакуна, ему нужен отдых!
Конь и вправду тяжело дышал. Тот, к кому обращался его спутник, спрыгнул с седла. Чуть слышно звякнул его небольшой золотой кулон с рельефным солнцем на крышке.
- Надо не забыть отдать его Гаэлю, - вспомнил Максвелл, сжимая в кулаке такой же кулон. Его пальцы подрагивали – иметь право носить на себе такую реликвию было поистине почетно. Всего таких медальонов было шесть, три из которых были отданы во временное пользование Гаэлю и его двум подчиненным. Ведь вампиры должны были каким-то образом находиться вне Роттогора, вне защитного купола, чтобы сделать все возможное для исполнения пророчества. Сегодня же им всем предстояло распрощаться с этими кулонами, хотя они прекрасно представляли: в будущем они им вряд ли понадобятся.