— Совсем скоро, уже утром Бездна возродится, и вся Эдра будет нашей! — возвестила она, и прежде чем раздался новый крик ликования, вытянул вперед руку, призывая к тишине.
— Но для этого вам придется подготовиться. Собирайте всех воинов клана. Утром мы идем покорять мир! На рассвете жду всех возле замка, — после чего еще раз лучезарно улыбнулась и махнула рукой в сторону выхода. Даймоны поняли правильно, поклонились и о чем-то перешептываясь, ушли. После того, как они вышли, Правительница повернулась к оставшимся семерым даймонам, которые все так же стояли на коленях возле стены.
— Теперь вы видите, как поспешили, поддавшись на уговоры Элигоса? — спросила она их.
— Нет, нам надо было это сделать еще раньше, — упрямо сжал губы Констанс.
— Почему же это? — Эстелия удивленно изогнула бровь.
— Да потому что, ты бы тогда не уничтожила девчонку вирров. А теперь они будут мстить, — ответил Констанс.
— Да не смогут они, не смогут, — весело рассмеялась Правительница. — Ладно, я сегодня добрая. Вы не будете казнены, тем более что это я пообещала сыну за его старания.
— И что же с нами будет? — отстраненно спросил Луцис.
— Да ничего. Вы будете изгнаны и мне все равно, что будет с вами. Кстати, как вы уже знаете, утром мы пойдем завоевывать Эдру. И если вы думаете, что сможете хоть как-то оградить от битвы свои кланы, даже не найдетесь. Вы для них враги, такие, как и все те, кто будет мешать нам, — после этих слов, Эстелия провела рукой, и за спиной даймонов открылся черный портал.
— Никас, убери их с глаз моих, — бросила Эстелия своему верному помощнику и направилась к дочери, все так же молча стоявшей возле трона. Никас усмехнулся, подскочил к даймонам и быстро, грубыми пинками, отправил их в темное нутро прохода. Портал выбросил даймонов в лесу. Не понимая, где они оказались, бывшие Главы кланов пошли по едва заметной в темноте тропинке, надеясь, что она куда-нибудь выведет.
— Дочь моя, чем ты недовольна? — спросила Эстелия, подходя к Алисии. Та вздрогнула и отвела глаза.
— Все в порядке.
— Не обманывай меня, — покачала головой Эстелия и взяла дочь за руку. Алисия снова вздрогнула и, посмотрев на мать, неожиданно спросила:
— А что будет с ним? — и указала на Элигоса. Эстелия пожала плечами, пытаясь что-то прочесть во взгляде дочери.
— Будет жить, — не увидев того, что ей, видимо, хотелось, бросила Эстелия. А потом, отвернувшись, позвала: — Никас, иди сюда. У нас еще остались неоконченные дела.
— Да, моя Повелительница? — Никас уже был рядом, кланяясь.
— Маг будет утром?
— Лучше, гораздо лучше, — ухмыльнулся Никас. — На рассвете тебя будет ждать архимаг.
— Как ты сумел? — удивилась Эстелия. Никас лишь еще шире улыбнулся, не отвечая.
— Ну ладно, потом все расскажешь, — хмыкнула Эстелия. — А сейчас бери его. Отправимся навестить родственников, — и указала на Элигоса. Никас подхватил на руки Элигоса и шагнул в открытый Эстелией портал.
70. Екатерина
Все произошло настолько неожиданно, что Екатерина и сама не поняла, почему она бросилась вслед за этой непонятной девчонкой. Может быть, так подействовал материнский инстинкт? Ведь эта девочка, Алисия, была связующей нитью с ее дочерью, Лилей. Поэтому она, не раздумывая, вцепилась в ее руку, не понимая тогда, к чему все это может привести.
— И что мы имеем в итоге? — тихо спросила саму себя Екатерина и сама же ответила: — Ничего хорошего. Мало того, что уже почти ночь, так еще и в лесу брожу.
За несколько часов блужданий, она так и не смогла никуда выбраться. Все было одно и то же. Нетронутый людьми первозданный лес и все.
— Делать нечего, придется тут и спать, — нежданная прогулка сильно вымотала женщину, и она решила устроиться на ночлег, недалеко от раскидистого дерева, на мягкой и приветливой траве. И до самого утра ничто не побеспокоило женщину, только во сне какой-то мужчина гладил ее по голове и приговаривал: «Пора, пора».
— Куда пора? Что пора? — пробормотала Екатерина, открывая глаза и улыбнулась, услышав пение птиц. Потом потянулась и поднялась. Делать было нечего. Все равно придется идти куда-нибудь, не сидеть же на месте? Екатерина потерла глаза, зевнула и пошла. Заплутав в бесконечных деревьях и запутавшись во времени, женщина неожиданно для самой себя вышла к небольшой речушке. Екатерина радостно подбежала к берегу. Зачерпнув руками прозрачную, и по-утреннему прохладную воду, вдоволь напилась. После чего уже умылась.
— Теперь можно жить, — радостно подытожила она и обернулась на какой-то странный звук. Сзади стоял волк и внимательно рассматривал ее.