— Просто «Танец с саблями» какой-то, — восхитился Борис.
— Да куда там, тому танцу, — улыбнулся Евгений. — Я тоже так хочу.
— Ну потом просись к этому Гэлису на уроки, — хмыкнул Борис.
— Ага, — кивнул Женя и замолк, не в силах оторвать взгляд от битвы. И когда уже до последнего удара Гэлиса, отсекающего голову одному из противников, остался всего лишь миг, со стороны ворот послышался грозный окрик:
— Стоять! Не сметь! — противники Гэлиса только от одного голоса кричавшего остановились и бросили мечи на траву. А Гэлис застыл в замахе, словно каменная статуя. От ворот к ним бежало еще семеро мужчин, один из которых и кричал.
— Прекратить! — снова выкрикнул он, подбегая и обращаясь явно не к Гэлису. А потом, оглядев лежащих на земле, резко приказал: — Встать!
— Командир что ли? — задумчиво спросил Борис.
— Наверно, — пожал плечами Евгений.
— Констанс? — удивленно спросил Гэлис у приказывающего.
— Да, — кивнул он.
— Дарис, Луцис, Витерис, Санис, Алексис, Микалис, вычто здесь делаете? — спрашивал Гэлис у остальных пришедших.
— Нас изгнали, — грустно усмехнулся Санис.
— Нет времени на разговоры, — перебил его Алексис.
— Что с Элигосом? — взволнованно спросил Гэлис, обращаясь ко всем пришедшим.
— Плохие новости, — понуро произнес Луцис, — очень плохие.
— Затеянное Герцогом не получилось. В Лилиане был Ключ от Бездны. Эстелия его достала. Бездна поднялась, — кратко, словно чеканя каждую фразу, произнес Дарис.
— Что? — воскликнул Гэлис и повторил вопрос. — Что с Герцогом и Лилианой?
— Герцог лишен всего и последний раз мы его видели полуживым в тронном зале Замка Бездны. А Лилиану, тоже полностью обессиленную, Эстелия куда-то отправила, — опустив глаза, произнес Микалис, совершенно не желая рассказывать, что именно послужило лишению сил у Герцога и вирресы. Слишком уж неприглядная ситуация была в том, как Эстелия добыла Ключ от Бездны.
— Твою ж дивизию, — неожиданно выругался Гэлис.
— Вот, а я говорил, что это Лиля, а он мне все: «Лилиана, Лилиана». Только Лиля от нас переняла эту фразочку, — хохотнул Женя.
— Да, — подтвердил Борис, — точно Лиля. Только я не понял, с ней что, беда произошла?
— Разберемся, — твердо пообещал Евгений и сжал руку Бориса, тот в ответ кивнул. Констанс тем временем обводил взглядом пятерку, которые напали на Гэлиса.
— Вы что здесь делаете? — строго спросил он.
— Глава, нас сюда послали для захвата этого дома, — ответил один, понуро опустив голову.
— Кто послал? — строго спросил Констанс, прожигая взглядом всю пятерку.
— Новый Глава, — почти прошептал один из них.
— Кто? — настолько жестко спросил Констанс, что даймоны даже головы вжали в плечи.
— Твоя дочь, — тихо ответил второй даймон.
— Что? — взревел Констанс так, что на него обернулись остальные Главы, а Гэлис приоткрыл рот от удивления.
— Можно подумать, нам это в радость, что бы нами командовала девчонка, — смело ответил третий даймон, подняв голову. — Правительница приказала, мы подчиняемся.
— Хорошо, — прошипел Констанс. — Так это получается, что вместо того, чтобы идти на завоевание, доченька вас послала захватить это поместье?
— Да, так и сказала: «Хочу этот домик себе», — подражая высокому голосу дочери Констанса, передразнил четвертый даймон. — Правда она не знает, что на него уже нацелилась новая наследница, — хихикнул он.
— Да уж, — покачала головой Глава, — хотя, судя по тому, как с вами расправились эти двое людей, вы и способны только на то, чтобы захватывать пустые дома.
— Они не люди, — нахмурился пятый.
— Я что, не вижу, что они не похожи ни на кого из нас, — возмутился Глава.
— Кстати, очень интересный способ битвы у вас, — не дал договорить Главе Гэлис, обращаясь к Борису и Евгению.
— Против лома нет приема, — бодро ответил Евгений и ухмыльнулся.
— Кроме другого лома, — добавил Борис.
— Вот как? Интересно. Уроки дашь? — спросил Гэлис у Евгения.
— Только после твоих, на мечах, — ответил Евгений, а Гэлис, улыбнувшись, кивнул.
— И что теперь? — спросил, молчавший до сих пор, Витерис.
— Так, вы возвращаетесь и сообщаете об успехе и как хотите, любыми уговорами, угрозами, чем угодно, но вытаскиваете весь наш клан из этой бойни, в которую превратится завоевание, — приказал Констанс даймонам своего клана.