— Будет сделано, — ответил Частик, схватил мой планшет и исчез. Оба моих отца отошли с Арделией, планируя военные действия. А я опять нарвалась на скандал с Элигосом, который незаметно подошел к нам.
— Это что на тебе одето? — возмутился Герцог.
— Да какая тебе разница? — фыркнула я, поворачиваясь на его возмущенный голос.
— Моя будущая жена должна одеваться соответственно своему статусу, — строго произнес Элигос.
— Я не твоя будущая жена. Помолвка расторгнута, — устало ответила я и попросила брата: — Избавь меня от его присутствия, — а тому, видимо, только и надо было моей отмашки.
— Слышишь, мужик, тебе уже говорили, отвали от девушки по-хорошему, — оскалился Женька.
— Ты кто такой, что отвечаешь за Лилиану? — приподнимая бровь, спросил Герцог.
— Я ее брат, — ответил Женька.
— Брат? — словно удивился Элигос. — А я думал, брошенный любовник. И не знал, что у вас в Летарии принято иметь близкие отношения с сестрами.
— Что? — возмутилась я, оборачиваясь к Элигосу.
— Скажешь, что он не был твоим любовником? — едва сдерживая злость, спросил даймон.
— Тебя это вообще не касается, — возмутилась я.
— Нет, касается, — глаза Элигос стремительно краснели от гнева, едва сдерживаемого внутри.
— С чего это? — ехидно спросила я, уперев руки в бедра.
— А с того, что ты с ним обнималась и целовалась. И это последнее, что у тебя с ним было.
— Почему последнее? — удивилась я.
— Да потому что, после меня у тебя больше никого не будет, — сказал резко Герцог.
— А мне, после тебя, вообще ничего не хочется, — так же резко ответила я ему и, развернувшись, пошла в сад. До меня донеслось возмущенное шипение Женьки: — Гэлис, вот скотина, болтает языком, как баба.
— Это ты болтаешь языком, как баба, — бросила я ему, не оборачиваясь.
— Брат от тебя так просто не отстанет, — прошептала догнавшая меня Алисия.
— Отстанет, как миленький, — пробормотала я, больше утешая себя. А навстречу к нам уже шла улыбающаяся Райиса.
— Наконец-то пристроила брата к твоим отцам и теперь можно спокойно поболтать, — радостно возвестила она и, подхватив за руку, усадила на миленькую лавочку под деревом. Так мы и просидели весь вечер втроем, болтая обо всем и ни о чем, ожидая предстоящей битвы.
86. Алисия
Как же все странно перевернулось в моей жизни. Были цели, надежды, стремления и вдруг, они все пропали, стали неважными, да и ненужными. Я больше не хотела слепо следовать приказам матери, чтобы только ей понравиться. И всего лишь за несколько часов ко мне пришло понимание очень многого. Можно было сказать, что жизнь моя полностью разрушена и разрушена именно мной. С четким пониманием того, что именно рушу. Я больше не хотела жить так, как жила и эти разрушения меня радовали, как ребенка, который впервые испытывал что-то новое, неизведанное. И хотелось с головой броситься в омут этого всего неизведанного. Не передать словами, как я была рада появлению Женьки, которого уже и не чаяла увидеть. Слишком весомый след оставил он в моей заледенелой душе. Словно огонь, разрушающий весь лед, сковавший меня очень давно. Его проникновенный голос, жаркие взгляды, будоражили мою кровь, как никто другой. Он мой, решила я, когда он так просто позволил мне расправиться с Никасом. И в его взгляде, кроме злости на этого престарелого даймона, сквозило восхищение. Восхищение мной? Это больше всего удивило меня, как и то, что он еще и добавил от себя даймону, отпинав его ногами. Мой! И пусть он всего лишь человек. Я все равно что-нибудь придумаю. Это не было мимолетным влечением. Я хотела, я жаждала его всем своим телом, всей своей душой. Тем более что вспоминались те минуты страсти, которые позволила нам судьба. Я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы он был со мной всегда. В конце концов, у меня отец демиург и я заставлю его сделать то, что мне нужно. Тем более что он многое мне задолжал, и я буду требовать с него этот долг. На том я и решила, отправляясь в неизвестность, в замок моей тетушки Ингемары. И уж никак я не ожидала того, что произошло. Женя встретился там с Лилей. И надо же было такому случиться, что это жутко не понравилось моему братцу Элигосу. Я не могла представить, что Женя будет настолько смел и безрассуден, что посмеет противостоять Герцогу даймонов, пусть он и не знал, кто это. Но то, как он ринулся защищать сестру, прочтя что-то в ее взгляде, обращенному к Элигосу, заставило еще больше восхищаться этим человеком. Человеком ли? Нет, не человеком. Женька даймон, такой же, как и я.