— Как? — изумился Гэлис. — Ты доверяешь мне тренировать твоих людей?
— Почему бы и нет, — пожала плечами я, — насколько мне ясно из твоих слов, они совсем ничего не умеют и, если что-нибудь вдруг произойдет, их в течение пары минут убьют.
— Так, — кивнул Гэлис, — одна-две минуты и их нет.
— Так займись ими, чтобы они хотя бы могли продержаться дольше.
— А зачем тебе это? — удивился даймон.
— Чтобы они или могли быстро отступить и избежать смерти или чтобы смогли дождаться помощи, если таковая будет.
— Разумно, — согласился даймон, — только они же все равно не смогут быть на равных даже с нежными эльфирами.
— А ты сделай так, чтобы они были даже выше их по подготовке. А я заодно посмотрю, так ли ты хорош, как себя представляешь.
— Я хорош, я очень хорошо, — усмехнулся Гэлис. — А кое в чем даже не превзойден.
— И в чем же? — вернула я ему ухмылку.
— Ты прекрасно это знаешь, — Гэлис широко улыбнулся, показывая чуть выступающие клыки. Проигнорировав намек на то, что никакого отношения ко мне не имело, я спросила:
— И что, никто — никто не превзошел?
— Никто, — самодовольно кивнул Гэлис.
— Даже Герцог?
— Э нет, дорогая моя, рейнали, Герцог Элигос выше всех.
— Ну, не знаю, не знаю. Рассказывать можно всякое, — хмыкнула я.
— Ничего, — утешил меня Гэлис, — скоро узнаешь.
— С чего это вдруг я буду узнавать данные подробности? — удивленно посмотрела я на даймона.
— А с того, что скоро ты будешь Герцогиней, супругой Герцога.
— Ну, во-первых, не буду. А во-вторых, даже вдруг если и подобное случится, то данной чести, узнать подробности личной жизни Герцога мне может и не достаться.
— Почему? — изумился Гэлис.
— Да потому что, твой разлюбезный Герцог четко заявил, что часто беспокоить меня не будет и как только убедится, что у него будет ребенок, тут же оставит меня в покое.
— Не надейся, — Гэлис громко рассмеялся после моей фразы. — Элигос не из тех, кто будет собственную супругу оставлять без внимания. Хотя, если вдруг оставит, ты сразу мне скажи, я тебя буду развлекать.
— Да пошел ты, — не выдержала я.
— Куда? — ухмыляясь, уточнил даймон.
— Тренировать стражу, — сердито ответила я. Гэлис поклонился и вышел, все так же ухмыляясь.
После этого разговора я почти не виделась с даймоном. Практически все время он проводил, гоняя в хвост и гриву моих страдальцев стражников. Которые, судя по всему, уже сотни раз прокляли Гэлиса с его тренировками. За совместными обедами даймон все больше внимания обращал на Райису, которой, судя по всему, это нравилось и она, ничуть не смущаясь, открыто флиртовала с ним. Я могла лишь молча наблюдать за этим. И мне становилось очень грустно от того, что после моего знакомства с Дэрри, я больше ни разу во сне его не видела. Каждую ночь я засыпала с надеждой на скорую встречу, но также каждое утро просыпалась расстроенной. В конечном итоге, мне стало казаться, что это действительно было только плодом моей фантазии, сном, которого не будет наяву. А так, жизнь шла своим чередом. Иногда мне даже казалось, что я набиралась сил перед чем-то неизбежным и не очень приятным. Никак не могла связаться с матерью, не знала, что с ними и где они находятся. Что мне ожидать дальше? Элигос тоже никак не давал о себе знать, и казалось, что все обойдется. Родители скоро вернутся и скажут, что замуж выходить не надо, что Изумрудная дала добро на расторжение помолвки. Может быть, я скоро привыкну к этой жизни, как в средние века. Иногда я развлекалась, создав в своем телефоне, который уже больше напоминал планшет, нечто вроде глобальной сети. Моя виртуальная помощница очень много могла рассказать, получая информацию от «Всевидящего ока». Я так понимала, что это око, было нечто вроде наших спутников, которое следило за всем. Но оно не хотело показывать мне те данные, которые я просила, то есть родителей. Только сухая фраза «В доступе отказано» и все. Ну, ничего, какой-то выход все же найдется. Я утешала себя этим, стараясь не опускать руки и что-нибудь придумать.
В один из прекрасных дней, моя размеренная жизнь окончилась после появления в доме новых гостей. Их было двое. Один, высокий и крупный, выглядел лет на сорок и был одет в черные кожаные штаны и коричневую рубаху. Второй был поменьше, но очень жилистый. Лет где-то на шестьдесят, с седыми длинными волосами. Так же был в черных кожаных штанах, только рубаха, была темно-серой.