До тех пор, пока не пришли Арделия и Сатори, в зале царило гробовое молчание, не было даже робких шепотков, которые всегда бывают в подобных ситуациях. Лишь Элигос откровенно разглядывал Лилиану, находя в ней то, что раньше ускользало от его взгляда. Нынешняя Лилиана разительно отличалась от прошлой. Не было надменности во взгляде и движениях. Можно сказать, что в ней была какая-то простота, несвойственная клану Кровавых. Они всегда вели себя немного надменно с остальными, даже с даймонами, считая себя выше. Но все равно не дотягивали по надменности до эльфиров, которые считали себя наивысшими по сравнению с другими. «Интересно», подумал Элигос, «Как все-таки тетушка выдерживает Морана?» Но это мысль тут же пропала и Элигос снова взглянул на Лилиану. Девушка была бледнее обычного, но как ни странно, с появлением Частички Хаоса, пропала вся нервозность, а во взгляде появилась какая-то обреченность от того, что придется рассказывать все, что произошло. Судя по всему, вирреса хотела утаить то, что появилась из Летарии. Рыжий малец внезапно усмехнулся и подмигнул Лилиане, которая приподняв бровь, строго взглянула на него. Да, все-таки девушка была другой. С той, прошлой Лилианой Частичка Хаоса не связался бы никогда. Они и так практически не появлялись в мире Эдры и могли быть только с теми, в ком тоже было некоторое количество хаоса. В Лилиане его не было никогда. Ведь что такое хаос, это беспорядок, как таковой. Конечно, Великий Хаос, это божество высшего порядка, который породил все миры, но его частички были истинным беспорядком во всех смыслах этого слова. У Лилианы же все и всегда было четко распланировано, будто бы она каждое утро, писала список всех действий на день. В этой же девушке, которая сидела неподалеку, немного хаоса присутствовало и во взгляде, и в поведении. Взять хотя бы одно то, что она отказывалась от помолвки с ним, Элигосом. Та, другая, по необъяснимой для даймона причине очень жаждала этого и была очень близка с Эстелией. Вот эта близость и настораживала как раз Элигоса. Слишком уж мать давила на него с этой помолвкой, которую же и совершила от его имени, договорившись с Ингемарой. Элигос не знал, что его мать наобещала Изумрудной за то, что она на это согласилась, но пока вынужден был подчиняться. Еще не были собраны все силы, чтобы противостоять, не хватило совсем чуть-чуть времени. Ну, ничего, Герцог готов был подождать, тем более что его все больше и больше интересовала нареченная невеста.
— Рейна Арделия и рей Сатори, я требую подтверждения, что присутствующая здесь Лилиана-Федерика действительно является вашей дочерью, — Элигос за своими размышлениями совершенно упустил момент прихода Арделии и Сатори.
— Да, является, — одновременно ответили Арделия и Сатори.
— Действительно ли она появилась из Летарии? — снова спросила Ингемара у стоявших перед ней вирров.
— Действительно, — ответила Арделия, а Сатори кивнул.
— Как вы можете это так утверждать? — уточнил Мика.
— Вы думаете, что мы не сможем распознать родную кровь? — усмехнулась Арделия.
— Могу проверить, если надо, — подала голос Лаира.
— Вы еще экспертизу ДНК проведите, — подсказала со своего места Лилиана.
— Что такое ДНК? — удивленно спросила Ингемара и посмотрела на Лилиану.
— Генетическая экспертиза. Специальный код, который содержит всю информацию о своем носителе, кто его родители в том числе, — не стала вдаваться в подробности Лилиана, так как и сама их не очень хорошо знала.
— Что-что? — непонимающе моргнула Ингемара.
— Вот именно это и доказывает то, что моя девочка все годы провела в Летарии, а не на Эдре, — усмехнулся Сатори. — Такие технологии, да и вообще технологии есть только там. У нас их не было, и нет.
— И не будет, — поддакнула Лилиана.
— А мне она нравится! Давай, внук, женись, хорошее потомство будет, — высказал свои мысли Дэрис.
— Она не согласна, — улыбаясь, развел ругами Элигос.
— Как так? Деточка, чем тебя мой красавец внук не устраивает?
— А Вы мне больше понравились, — с улыбкой ответила Лилиана.
— Да я же уже старый для тебя, деточка, — усмехнулся Дэрис.
— Старый конь борозды не портит, — Лилиана улыбнулась еще шире, обнажая клыки.
— Но и глубоко не пашет, — закончил за нее рыжий пацан.
— Ах ты ж щенок, — наиграно возмутился старейшина, Ульрик громко расхохотался.
— Прекратите, — взвизгнула Алисетия, — сидите тут и развлекаетесь, а эта тварь чуть не убила меня.
— Я тебя даже пальцем не трогала. И перестань оскорблять меня, курица, — прошипела Лилиана в сторону эльфиры.