Евгений все так же продолжал вести себя очень странно. Обжигал меня взглядами, тер лоб, и быстро расплатившись в ресторане, буквально потащил меня к машине. Грубо запихнул и резко поехал, что вызвало у меня странный восторг. Оказывается, скорость мне нравится. Я с таким удовольствием высовывалась в окно, чтобы почувствовать ветер, бьющий в лицо, что получила грозный окрик от Жени. Он пригрозил тем, что заблокирует окно, и я его не смогу открыть. В ответ я только рассмеялась. Мы достаточно быстро приехали домой, и выяснилось, что там предоставлены сами себе. Екатерины и Бориса сегодня не будет. Я обрадовалась и пошла в свою комнату, делая вид, что совершенно не замечаю Евгения, последовавшего за мной.
— Ты что-то хотел? — спросила я его, когда уже зашла, вроде бы случайно обнаружив в своей комнате.
— Да, — ответил он. Резко шагнул, дернул за руку, притягивая к себе и поцеловал. Его поцелуй был настолько обжигающим, что я потеряла разум. Страсть полностью охватила нас. И лишь немного позже я смогла прийти в себя, ощутив на полностью обнаженном теле прохладный ветерок. Но Женя тут же сжал меня в горячих объятиях, что я забыла полностью обо всем. Я уже не понимала, где мои руки, где его, где губы и в момент высшего наслаждения, сидя на нем, я просто закричала и обессиленно опустилась к нему на грудь. Услышала в ответ его стон, низкий и хриплый, после чего он сжал меня в объятиях. А дальше произошло самое страшное, что я и ожидала, но не так рано. Из-за бешеной вспышки страсти полностью оборвалась моя связь с матерью, и я поняла, что меняюсь. Я ошарашенно приподнялась и посмотрела на Евгения, понимая, что мне необходимо бежать. Он улыбнулся и открыл глаза.
— Ты кто? — изумленно спросил он. От ужаса из-за произошедшего мои губы дернулись, обнажая отросшие клыки.
— Твою ж дивизию, — выругался Евгений и какой-то непостижимой скоростью сбросил меня на кровать, попутно замотав в простынь так, что я даже шевельнуться не могла. Оставалось только одно.
— Смотри мне в глаза, — прошептала я. Евгений посмотрел, потом моргнул, тряхнул головой и, сдернув наволочку с подушки, нацепил мне ее на голову.
— Отпусти, — взмолила я.
— Кто ты, черт тебя подери? — практически прорычав, спросил он.
— Отпусти, — взвизгнула я.
— Ну уж нет, — ответил Евгений, поднялся с кровати, походил по комнате, что-то достал из шкафа и бросил это на кровать. Потом безо всяких усилий поднял меня, посадил на стул и начал наматывать веревку поверх простыни, окутывая меня ей вместе со стулом.
— Теперь ты не дернешься, тварь.
— Я не тварь, отпусти, — прошептала я сквозь слезы отчаянья. Он словно не услышал меня. Судя по звукам, достал телефон и принялся кому-то звонить.
— Горыныч, срочно домой. Да мне по … У тебя вместо дочери какая-то тварь. Это лучше показать, чем объяснять. Жду, — потом он подошел ко мне и грозно произнес:
— Сейчас Горыныч приедет, и ты все расскажешь, кто ты такая и куда дела Лильку.
— Я и есть Лиля, — прохныкала я, понимая всю тщетность ситуации.
— Конечно, — фыркнул Евгений, — только за пару минут сделала сама себе пластику, чтобы измениться до неузнаваемости.
— Сними наволочку и увидишь сам, — пыталась я использовать свой последний шанс.
— Можно подумать, я обдолбанный и не могу отличить Лильку от странной девицы с клыками, — пробурчал Женя, но все же сдернул с меня покрывало.
— Ну, — строго спросил он, когда его глаза, наконец, встретились с моими.
— Я Лиля, — прошептала я, создавая новую реальность, где не было незнакомки с клыками, а была родная Лилия. Евгений всмотрелся в мои глаза еще внимательней, его зрачки расширились почти на всю радужную оболочку.
— Я Лиля, — еще раз прошептала я, надеясь на свои силы. Но Женя моргнул и мотнул головой.