Произнесено это было слишком откровенно, слишком прямо.
Поменялось всё. Мы сами — изменились. И ничто теперь не будет прежним.
Я взглянула на свои руки, и мне снова почудилась ядовито-алая кровь. Меня ударило последним разрядом дрожи, и я сжала кулаки, решив для себя всё дальнейшее.
Это произошло. Значит, другого пути у нас не было. Мы сами пришли. И сами виноваты. Уже ничего не исправить. Так что путь один — вперёд.
— Ты спала? — вопрос заставил сестру сморгнуть.
— Да, немного.
— А Рика?
— Она тоже. Чуть-чуть. Мы дежурили по очереди.
— Сколько я тут провалялась?
— Со вчерашнего вечера.
— Скажи, вы готовы идти?
— Да… — сказано было тихо, с той самой обречённой решимостью, что переполняла сейчас мою грудь.
— Ждём когда Рика встанет, и в путь. Попробуй ещё поспать.
— Ладно. — и апельсиновые глаза закрываются, будто повинуясь приказу.
Пока я ждала пробуждения Рики, успела переосмыслить ещё кое-какие вещи. Ведь я чуть не продала жизни сестры и лучшей подруги. Как так вообще получилось? Почему столько предупреждений я пропустила мимо ушей.
Я прошлась по скрипучим половицам, стараясь издавать как можно меньше звуков. Рика пыталась меня чем-то отпоить. Судя по привкусу и запаху — ликорий. На ригрин другие травы и не подействуют. Рыжая залечила мои раны, как только смогла. Перемотала ссадины на руках, пропитала повязки какой-то целительской дрянью. Она, как и Элика, не бросила меня. Хотя, с другой стороны, куда им было уходить? Но как бы теперь ни сложился наш путь дальше — эти поступки мы не забудем.
Мои философские размышление прервали тихие стоны оборачивающейся Рики. Пантерка втянула когти, подобралась, шерсть начала уменьшаться, а тело перестраиваться. Вскоре рыжая подруга подскочила ко мне и сжала в крепких объятиях. Она спрятала голову у меня на плече и тихо всхлипнула.
— Спасибо. — приглушённо произнесла Рика. — Спасибо, Рейко.
Я прикоснулась в медным волосам, провела по ним рукой, и сама закрыла глаза. Я так устала. Но остался последний рывок.
— Скоро будем в Хладе, нам ещё чуть-чуть. — прошептала я ей на ухо. — Пора собираться.
Отстранившись от подруги, я подошла к сестре, и потрогала её за плечо. Судя по виду из окна — на улице полдень. Нам нужно дойти до пролива, как-то его пересечь, и останется рукой подать до Ледяной обители.
Собирались молча, взгляды были направлены то в пол, то друг на друга. Каждый размышлял о своём. Но мне кажется, что мысли всех возвращались к одной и той же вещи. К одному и тому же событию.
Яркий солнечный день так сильно диссонировал с произошедшим, что от этого всё это казалось нереальным. Просто страшным сном, которого быть не должно. Но на выходе к тракту лежали два знакомых трупа с полуотрубленными головами, а на них уже собирались вороны. Я смотрела на это слишком спокойно, слишком безразлично. Что-то во мне сломалось в тот вечер. Эти маги больше никогда не увидят солнечного света. Никогда не пройдут по этой дороге, никогда не услышат пения птиц. Но… Всё было сделано верно, я защитила близких. Я поступила правильно. Я верю. Железно.
Мы прошли мимо, вышли на ещё сырую дорогу, и пошли вперёд. В полной тишине, не обронив ни слова. Провожая остающиеся в мёртвой деревне такие же мёртвые тела странными задумчивыми, хмурыми взглядами.
Пояс с кинжалами Рика принесла мне ещё в ту ночь. Сейчас я закрепила его настолько надёжно, насколько это только было можно. Здесь моё оружие. Теперь я с ним не расстанусь.
По пути нам не попалось больше ни одного живого существа, ни единой души. Даже животные, казалось, вымерли в этих землях, близких к проклятым.
И чем дальше мы продвигались, тем безжизненное и холоднее становилась местность.
В этот раз ночевали в ветках можевельника, оставив два костра на ночь, патрулируя по очереди. До самого ночлега мы так больше и не заговорили друг с другом. Только по привалу решили кто будет сторожить первым, и кто пойдёт собирать лапти. Перекус был скудным — экономили перед самым трудным отрезком пути.
На утро все проснулись в столь же хмуром настроении, только теперь небо наконец поддержало нас в этом дружном унылом порыве. Ещё три дня пути прошли так же, совершенно одинаково. И только уже приближаясь к проливу, чувствуя солоновато-морской, морозный привкус на губах, мы решили разбавить молчание обсуждением того, как переплывать на другую сторону.
— Нам нужна лодка или что-то вроде того. — сделала умозаключение Рика, закутавшаяся в походный плащ.
— Сами делать будем? — поинтересовалась я.
— Как-то мы не продумали этот момент… — Элика подключилась к обсуждению. Деревья потихоньку начинали редеть, и я уже слышала шуршащий звук прибоя.
— Мы можем магией повалить несколько стволов, связать их твоим льдом, и на этом переплыть на другую сторону.
Предложение Рики показалось наиболее рациональным. В теории, мы действительно можем это сделать, хоть задача и выглядит достаточно сложной.
Берег Ледяного пролива оказался каменистым и холодным. И, к нашему общему удивлению, другой берег был виден уже на подходе к воде. Значит, переплыть водяную преграду может быть даже легче, чем мы думали.
Ещё одно открытие ждало нас тут же. Несколько разных размеров и форм лодок, разбитых, поросших мхом и водорослями.
Море серым колючим языком облизывало блестящие подмороженные доски. Некоторые из лодок ещё могли бы быть эксплуатированы после небольшого ремонта.
К сожалению, разбитый водный транспорт стал не последним нашим открытием.
Элика наткнулась на утопленника. Визг сестры был сдавленным, истеричным и до боли несчастным. Меня саму передёрнуло при виде раздувшегося посиневшего вонючего тела с частично отпавшими членами и отсутствующими глазами. Рвотный позыв подавила с трудом.
— Успокойся, Элика. — я тряхнула сестру за плечи. — Мы и не такое видели. Нам осталось немножко, скоро придём, и всё закончится.
Рика с омерзением осматривала труп в непростительной близости от него.
— Кошка, может ты уйдёшь оттуда!? Меня сейчас стошнит. — окликнула я Рыжую. Та фыркнула, выразив всё своё отвращение к увиденному, и подошла ко мне.
— Значит так. Два варианта. Либо мы каким-то образом залатаем одну из местных лодок, либо делаем свою из брёвен. — ультимативно заявила я. — Решаем быстро, времени до заката мало.
— А как ты предлагаешь залатать лодку? — разумный вопрос от Лики.
— Магией. Все дыры можно временно заделать льдом, тут всё равно довольно морозно, авось, не растает.
— А ты так сможешь?
— Я могу попробовать. По сути ведь просто поставить заплатку, ничего трудного, правда? Не сложнее, чем скреплять брёвна, уж точно.
После небольшого обсуждения, предложение было принято единогласно и немедленно приведено в действие.
Самая приличная, и не совсем убитая лодка была очень скользкой и тяжёлой. Тащили втроём, с трудом ставя на киль. Борт, на котором она лежала, оказался хорошенько разбитым и прогнившим. Больше всего времени ушло на его восстановление.
Вышло очень криво, неудобоваримо, и, кажется, слегка тяжелее противоположенного борта. Рика с Эликой кое-где помогли своей магией, чтобы в итоге получить какое-то жуткое чудовище, сшитое из отломанных кусков других лодок, льда, и искусственно пророщенных веточек. Какой-то воскрешённый кадавр-мученик. С такими результатами я бы стала неплохим некромантом.
Усмешка скривила губы, поселяя в груди какую-то пока не до конца ясную мысль. Ведь правда, а почему нет? Я столько видела в этой дороге, что какие-то там некромантские склепы мне уже ни по чём. Наверное. Я всё равно не знаю, что делать дальше. Для начала я хочу узнать правду от этой… матери, так называемой. А дальше посмотрим.
К вечеру работа была полностью закончена, и более или менее адекватная кадавро-лодка лежала перед нами, ожидая своего звёздного часа. Как-никак, а результат нашей совместной работы всё-таки радовал. У всей команды даже поднялось настроение.