— Далее мы ответим на вопросы от зрителей. Спрашивает в основном женская аудитория. Зададим же господину Стоуну парочку личных вопросов, — тут же раздались аплодисменты.
Калеб кивнул в знак согласия, показывая прекрасные манеры.
— Господин Стоун, вы всегда такой загадочный, поэтому нам любопытно: женат ли господин Стоун?
— Пока нет.
— В самом деле, преуспевающий молодой человек, и без спутницы жизни! — отметила ведущая и полушутя спросила: — Только не говорите мне, господин Стоун, что вы собираетесь навсегда остаться холостяком?
— Я женюсь, — ответил он.
Ведущая сразу добавила:
— Означает ли это, господин Стоун, что в настоящее время вы уже выбрали подходящую кандидатку в качестве невесты? Если это так, то думаю, что многие одинокие зрительницы здесь и перед экраном телевизора начнут завидовать этой даме и ревновать к ней. Интересно, могу ли я попросить мистера Стоуна немного рассказать о том, кто же такая будущая госпожа Стоун?
— Я бы с удовольствием, но не думаю, что ей понравится, если я буду говорить о ней.
— Два дня назад он ходил на запись, до тех пор он никогда не участвовал в подобных программах, но у него неплохо получается, — не знаю, сколько времени, Сара Уокер стояла у меня за спиной. Потом она подошла ко мне, встала рядом, улыбаясь, и сказала: — Это телепрограмма, за которую отвечает моя тетя. Я несколько раз уговаривала его и, наконец, он дал согласие, — затем этот разговор превратился в разговор с самим с собой: — Но когда это Калеб встретил девушку?
Я ответила:
— Похоже, у вас у всех все хорошо.
Выражение лица у Сару Уокер стало немного неестественным:
— Максим.
Я глубоко вздохнула, прежде чем медленно начать:
— Несчастный случай в том году. Мой отец и ваш племянник думают, что я сделала это нарочно, но вы, должно быть, все понимаете лучше меня, не так ли?
Ее лицо показалось сложным:
— Тот давний случай мы оставили в прошлом, чтобы был шанс хорошо проживать жизнь в дальнейшем.
Я слегка улыбнулась:
— Не волнуйся, я просто хотела сказать тебе, что я глубоко сожалею о том, что не поймала тебя, и позволила твоему ребенку умереть. Однако тот несчастный случай произошел не по моей вине, ты прекрасно это знаешь. Поэтому, пожалуйста, скажи своему мертвому ребенку, чтобы он больше не приходил ко мне.
— Ты… — Сара Уокер испуганно посмотрела на меня.
Я не стала больше ждать, пока она что-нибудь мне скажет, и пошла наверх собирать свои вещи. Как только я вошла в комнату, мой желудок скрутило, спазм был таким отвратительным, что я не могла остановить надвигающую рвоту. Я побежала в ванную и выплюнула все то, что было в желудке.
Во Франции я посещала психиатра, так как не могла спать ночами.
Я умыла лицо и вернулась в комнату. Как только я собрала чемодан, постучал работник и, войдя, сообщил, что в обед приедет мой отец, и он передал, что хочет со мной пообедать.
Я поколебалась, но в конце концов кивнула головой. Попрощаюсь с глазу на глаз и больше не буду беспокоиться ни о чем, что связано с этим местом.
Однако я и подумать не могла, что смогу надеяться на спокойное и доброе отношение, даже мысль об этом была роскошью.
Перед обедом работник сказал, что мой отец хочет видеть меня в кабинете.
Я подошла к двери кабинета и, прежде чем постучать в дверь, выглянула в окно в конце коридора. Небо было серым и унылым. Думаю, что скоро пойдет зимний дождь.
— Входи.
Я толкнула дверь и поняла, что атмосфера необычная. Мой отец, Сара Уокер, и даже Калеб были здесь. Отец и Сара стояли у стола и что-то обсуждали, а рядом сидел Калеб с опущенной головой, тень от челки падала на его глаза, он выглядел крайне спокойным.
— Максим, — Сара любезно позвала меня.
— Какое-то дело? — эта атмосфера заставляет меня чувствовать себя неловко без всякой причины.
— Да, и очень хорошее дело, — Сара улыбалась мне.
— Максим, папа хочет тебе кое-что сказать, — голос Роберта Миллера звучал слишком серьезно и осторожно, и я почувствовала, что все будет не так просто.