Калеб, шатаясь, опрокинулся на стену, его правая рука сильно ударилась о поверхность стены. Долгое время он не издавал ни звука.
Он прислонился к стене, его растрепанные черные волосы свисали на мрачное лицо. По руке, что держалась за стену, стекала кровь между сжатыми пальцами и капля за каплей падала на землю.
— Верно, нанести себе увечья и прикинуться страдающим, чтобы вызвать сострадание к себе, хоть и банально, но это сработало с тобой, — Калеб посмотрел на меня, а потом улыбнулся, — поскольку Максим хоть и равнодушная, но и достаточно мягкосердечная.
— …
— Ты ведь не хочешь умереть здесь со мной? Поэтому радуйся, что не воткнул сюда.
К чему он клонит? Иронизирует над моей беспомощностью? Да! Это проклятое место! Если бы не он, мне бы не хватило сил, чтобы выбраться.
Калеб медленно двинулся влево, затем, опираясь, сел.
— Там лестница, иди туда, — вдруг раздался грохот, верхняя каменная плита над ступеньками чудесным образом открылась, свет постепенно усилился, я подняла руку в глазам, чтобы не ослепнуть. После того, как привыкла к свету, повернула к нему голову и спросила:
— Ты не идешь? — несмотря на то, что в данную минуту я совершенно не хотела обращать на него внимания.
Он сидел на земле.
— Каменная лестница годами не ремонтировалась, не должна ли ты попробовать выйти первой? К тому же моя смерть не имеет к тебе ни малейшего отношения, не так ли?
— И правда не имеет! — ответила я рефлекторно, но в глубине души не могла игнорировать неуверенность.
— Или тебе грустно? Ааа, «пока смерть не разлучит нас», тоже романтично, — он размерено выплюнул бесстыжие оскорбительные слова, видя, что я не двигаюсь.
Я изо всех сил контролировала себя, я больше не заботилась о том, последует он за мной или нет. Так или иначе, выберется в конце концов! Волоча свое слабое тело, я взбиралась по попятнистым каменным ступеням, пока не наступила на последнюю ступеньку. Под моими ногами оказалась давно потерянная земля. Чувство, будто возродилась после смерти, вызвало ощущение нереальности происходящего.
Хоть я совсем не хотела этого, не смогла сдержаться и посмотрела вниз.
Он смотрел на меня, уголки глаз улыбались, но глаза словно были расфокусированы:
— Максим, если не хочешь меня видеть, это твой шанс. Тебе нужно лишь уйти, и нет необходимости говорить кому-нибудь, что я здесь. И дня не пройдет, как умру тут, и отныне тебе не нужно будет бояться, что я снова буду тебя искать… — его тело медленно соскользнуло в сторону, после чего снова раздался грохот. В этот момент возле моих ног необъяснимым образом каменная плита заново закрылась, отчего вокруг поднялась пыль. Грохот от устаревшего механизма прекратился, и люк соединился с землей, словно его здесь никогда и не было.
«Моя смерть не имеет к тебе никакого отношения», — эхом раздавались слова у меня в ушах.
Эта сцена абсурдна, как жизнь и смерть.
Я могу ждать тебя всю жизнь
Белые стены палаты, белые простыни, запах дезинфицирующего средства в воздухе — все это было так мне знакомо, но на этот раз в постели лежала не я.
Я стояла у кровати, а спящий мужчина выглядел изможденным и безобидным. Черты лица смягчились, утратив свою обычную надменность, и стали несколько безжизненными.
Я посмотрела на его правую руку. Она была завернута в толстый слой марли.
"Рубильник для открывания каменной плиты был испорчен, и за исключением того времени, пока кто-то на него жмет, он закрыт", — узнала я позже, после спасения, то, что он не успел сказать мне тогда.
— У пациента небольшое кровотечение в грудной полости, сухожилие правого указательного пальца порвано, сильно повреждена тыльная сторона кисти, а на ладони глубокая рана, потребовавшая наложения швов.
Информация от доктора заставила меня надолго замолчать. Он защитил меня, когда мы упали, и упали очень сильно. Но он никогда об этом не говорил.
Правда и ложь, одна за другой, осторожное разыгрывание карт, используя, обманывая и манипулируя эмоциями, и, наконец, даже разыгрывая свою собственную жизнь. Если бы я действительно оставила его там, не пожалела бы я потом об этом?
Такой сообразительный человек, но когда дело касается чувств — такой неуклюжий и ограниченный.