Сара махнула мне рукой:
— Максим, не стой там, проходи. Какое совпадение, несколько друзей твоего отца пришли навестить его.
— Маленькая девочка выросла в красивую женщину. Я дядя Брендон, помнишь меня?
Я молчала, а Сара, улыбаясь, говорила:
— Наша Максим много лет училась за границей, боюсь, она не помнит вас.
— Нынешнее поколение обожает заграницу. Точно так же наш оболтус три года как живет в США, приезжает раз в год, и то, когда отец позовет, совершенно отвык.
— Однако молодой господин Брендон — многообещающий молодой человек, — похвалила Сара.
— Ну, теперь, когда он закончил учиться, целыми днями ничего не делает. В двадцать восемь лет его ничего не интересует. На мой взгляд, ваш Калеб — настоящая гордость. Если бы мой негодный сын хоть наполовину был таким же, как Калеб, я бы спокойно прожил бы свой остаток жизни.
Другой важный человек тоже закивал:
— Да, Калеб, по-моему, самый дальновидный и напористый молодой человек.
В этот момент раздался звонок, и я точно знала, кто это.
Калеб вошел и встал рядом, слегка кивнув остальным людям.
Сара обрадовано сказала:
— Калеб пришел, а два почтенных господина тебя только что хвалили.
Роберт Миллер посмотрел на меня, в его глазах мелькали угрызения совести:
— Максим, подойди, поприветствуй дядюшек.
— Господин Миллер, — открыла я, наконец, рот, — вам не надоело вновь и вновь разыгрывать эту комедию?
— Максим! — крикнула Сара, не ожидая, что я скажу такое. Потом, сбавив свой тон, продолжила: — Как ты можешь так разговаривать со своим отцом?
— Сара, — похлопал по плечу -мой отец, — мы просим прощения за неё, просим прощения…
— Роберт , госпожа Сара, посмотрите на себя, даже с ребенком такие суровые. Максим, дядя Брендон тебя защитит, не бойся.
— Если больше никаких дел, то, господин Миллер, передайте моей матери, что я была здесь.
Как только я развернулась, раздался голос разгневанной Сары:
— Да что с тобой не так, девчонка?
— Ей стоило больших трудов приехать сюда, Сара, будь сдержанней, — сказал Роберт.
— Сдержанней? Если я буду действительно сдержанной, в таком случае зачем опять заставлять её вернуться. Сдержанной? Кто я вообще для вас?
— Госпожа Уокер, мне очень нравится этот ребенок, не ставь ее в сложную ситуацию.
— Почтенный Брендон! Увы, так уж сложилось, что я — та самая злая мачеха в ее глазах. Одри, подавай на стол!
Обед? Думаю, мне не стоит здесь больше оставаться. Однако прежде, чем я развернулась, рядом стоящий человек схватил меня за руку, переплетая наши пальцы.
— Вы… — первой отреагировала Сара.
— Мы вместе, — голос Калеба пронзил тишину. Не услышав ничего в ответ, он лишь крепко сжал мою руку, ясно заявляя свои права. — Я не буду препятствовать, если она захочет остаться. Но если она захочет уйти отсюда, я увезу ее.
Выражение лица Сары стало немного сконфуженным:
— Калеб… Что за ерунду ты говоришь? Она же твоя сестра!
— Не кровная сестра, это не имеет значения.
Роберт тоже был ошеломлен:
— Калеб , ты с Максим…
— Если она согласится, я женюсь на ней, — прямо сказал Калеб.
— Вы, как вы могли… это какой-то бред! — Сара еле стоял на ногах.
— Дядя Миллер, вы прекрасно знали, какая она замкнутая, интроверт, боится чужих людей, и все же отправили ее заграницу, вот это бред. И теперь ради собственной выгоды хотите использовать ее, это тоже бред.
— Что?
— В дальнейшем я буду заботиться о ней, и вы больше не сможете причинять ей боль, — слегка жестоким тоном сказал Калеб.
Калеб повернулся ко мне, протянул руку и коснулся моего лба:
— Слегка побледнела, живот болит?
— …Немного.
- Тогда вернемся пораньше?