Прерывистое дыхание, распахнутая одежда, желание быть единым целым. Я понимала, что в этот момент ничто не могло остановить наше страстное желание, это было просто невозможно. И очень быстро мы погрузились во мрак между небом и землей и, прижавшись висок к виску, доставляли друг другу удовольствие.
Я проснулась ночью. У меня пересохло в горле, и я хотела встать, чтобы выпить воды. Только я шевельнулась, как крепкая рука обняла меня за талию. Я включила прикроватную лампу и посмотрела на человека, что был рядом со мной. Его брови были нахмурены, он очень беспокойно спал. Внезапно в моей груди что-то сжалось от боли, я протянула руку и, успокаивая, погладила его по спине.
Во сне его напряженное тело постепенно начало расслабляться, и будто вздох облегчения вырвался из его уст:
— Макси.
Проснувшись на следующий день, я лишь подумала встать, как обе руки, что обнимали меня, сжались сильнее:
— Не двигайся, — прислонился к моему уху и удовлетворенно вздохнул: — Давай полежим так еще немного.
Я не двигалась и просто слушала его:
— Ты говорила, что тебе не понравился мое стиль игры, но не я.
— Угу
Он поцеловал меня в лоб:
— Хорошо, больше не буду таким.
Убедившись в моем подтверждении, он начал признаваться мне в некоторых вещах, наподобие того, что он сделал с Джейкобом. Причинами были и личные интересы, и просто помощь, но личные интересы, конечно, преобладали. И я не могла его в чем-то винить, потому все его личные интересы связаны со мной. Я много думала о том, за какие такие заслуги он защищал меня столько лет. На этот раз я спросила его прямо, и он ответил, чтобы я выкинула это из головы. Я кивнула.
Возможно, таковы чувства. Не стоит спрашивать, почему и откуда они появились. Когда есть любовь, до края света рукой подать. И кто бы мог подумать, что после того как мы поделимся чувствами, почти сразу поссоримся.
Я оставила свой номер в больнице, где лежал Джейкоб, поэтому на следующий день, когда мне позвонили из больницы и сказали, что Джейкоб ушел, я снова забеспокоилась.
Не знала, как сообщить об этом Калебу, но он уже сказал:
— Я отвезу тебя, в любом случае ты не сможешь убежать.
Я приехала в больницу, чтобы узнать о ситуации. Медсестра сказала мне, что Джейкобу все еще необходимо оставаться какое-то время в больнице под наблюдением, поэтому это может быть опасно - вот так необдуманно исчезать. И его мобильный телефон с бумажником остались в больнице.
Я села на больничную скамейку и очень долго думала, куда бы мог пойти Джейкоб. Думая об этом, я обнаружила, что Калеб, что сидел передо мной на корточках, нагнулся и накрыл своим пальто мои колени. В этот момент я внезапно кое-что вспомнила и резко встала. Оказалось, что мои ноги онемели, и я упала.
— Аккуратней, ты как, больно? — он меня придержал.
Я рефлекторно оттолкнула его.
— Нет. Кажется, я знаю, где он может быть.
Я почувствовала, что люди вокруг меня перестали двигаться:
— Может, обратишь на меня немного внимания? — в его голосе была горькая усмешка, и рука его так и не отпустила меня.
Я посмотрела на Калеба:
— Калеб, я должна пойти к нему, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.
Калеб действительно улыбнулся и отпустил руку.
— Ты же понимаешь, я не смогу тебя удержать, если ты захочешь уйти.
— Что с тобой?
— А ты как думаешь? — его уголки губ слегка приподнялись.
— Что за скрытый смысл, что у тебя на уме, что ты пытаешься сказать? — я начинала злиться. Мы были такими открытыми и честными друг с другом.
Он пристально посмотрел на меня, на его лице было возмущение несправедливостью:
— Ты заставляешь меня тревожиться за тебя, Макси. Ты привязана к воспоминаниям, у вас есть эмоциональная связь, это все беспокоит меня…