Две дюжины форсов застыли неподвижно. Сейчас, в свете фонарей, их сражение смотрелось уже совсем по-другому. Лично Марк ощущал себя, словно в младшей ступени школы, словно перед воспитательницей, отчитывающей напроказничавших малышей.
Как бы ему ни претило привлекать лишний раз внимание этой женщины, он вздохнул и произнёс:
— Они готовили переворот. Мы пытались их остановить…
Рилтан сплюнул и бросил быстрый взгляд в сторону лежащей на снегу Айсы — наверное, мысленно прося прощения за то, что не послушал её предупреждений.
— Переворот? — Юлона скептически оглядела кучку мрачных форсов; её голос постепенно принимал привычное доброжелательное звучание. — Я вас умоляю, ребята, не могли же вы в самом деле на что-то рассчитывать, с такой-то подготовкой…
Она скорбно покачала головой и направилась прямиком к Рилтану, аккуратно обойдя неподвижную Айсу. Нотт отступил на шаг назад, затравленно озираясь.
— Не бойся, — мягко сказала авра, протянула руки и положила ладони на его виски.
Парень дёрнулся, обжёг её яростным взглядом, но не решился сопротивляться — что, по мнению Марка, было достаточно мудрым шагом. Собравшимся оставалось молча наблюдать, как Юлона врезается в сознание вождя мятежников. Конечно, это противоречило уставу; на любое подобное вмешательство требовалось специальное разрешение, и вообще эта сцена попахивала скандалом — но происходящее и так было слишком странным, чтобы кто-нибудь хоть заикнулся о нарушении.
— Н-да, — спокойно произнесла она, убирая руки. — Здесь всё ясно. Этих всех арестовать — и в изолятор, до разбирательства. Теперь вы, — она повернулась к шестым.
— Это моя вина, — быстро сказала Карина. — Мой младший попал в неприятности по пути на учёбу и послал мне сигнал. Мне следовало первым делом доложить в штаб, а не действовать так импульсивно. А атры просто подчинялись моим приказам.
— Нет, — возразил Марк, судорожно пытаясь хоть что-то придумать. — Вина моя. Это же я попал в неприятности!
— Мило, — улыбнулась Юлона и кивнула Ретоку. — А второй почему с вами?
— Случайно… по дороге, — невнятно пробормотал тот. — Решил помочь.
— Я его попросила, — непроницаемым тоном добавила Карина.
Нотта кивнула и зашагала в их сторону — точнее, в сторону Талата.
— Что? — пришёл тот в ужас. — Нет, нет, пожалуйста… Только не меня, не надо!
— Это не больно, — проворковала авра. — Я просто посмотрю.
— Я подам жалобу, — твёрдо произнесла Карина, и руки Юлоны замерли на полпути к голове атра. — Это произвол.
— Как тебе будет угодно, дорогая, — благожелательно кивнула та и опустила ладони на виски жертвы. А через мгновение произнесла: — Так, тут тоже понятно. Хорошо. Атры, топайте по своим делам. О вашем наказании вам объявят кураторы. Зачинщиков под конвой, — кивнула она подчинённым и перевела взгляд на Карину: — А ты, милая, пожалуй со мной.
— Нет! — подскочил Марк. — Она не виновата, совсем! Она… У неё право дуэта, она защищала меня!
— О, ещё бы ей тебя не защищать. А право дуэта… — Юлона вздохнула и будто бы хотела что-то добавить, но передумала и лишь с улыбкой произнесла: — Конечно. Я учту этот нюанс.
Карина, проходя мимо, успокаивающе погладила его по плечу. Совсем не то, что он заслужил, подставив её и остальных…
Мятежников тоже уводили. Марк видел, как Рилтан, покорно выполняя команды конвоира, обернулся и одними губами повторил: «Трус!»
— Пойдём, Марк, — окликнула его Камайла.
— Тебе досталось, да? — участливо спросил Талат, словно это не ему только что в голову залезли.
Марк недоумённо оглядел товарищей. Почему они смотрят на него с сочувствием? Это ведь их ни с того ни с сего втянули в глупую переделку, а потом ещё и наказали за это. Даже на лице Ретока — ни капли злости или раздражения.
— Догоню, — буркнул он куда угрюмее, чем собирался.
Камайла, Итина и Талат переглянулись и зашагали прочь. Реток почему-то остался.
— Обойдётся, — проговорил он, не глядя на Марка. — В конце концов, если бы не мы, лидерам бы пришлось отбиваться от этой кучки придурков самим. Не то чтобы я верил, что они не смогли бы отбиться… В смысле, ещё один переворот нам нафиг не нужен, правда?